Убийство с отягчающими

– Я из Генпрокуратуры, – на всякий случай сообщил Кряжин и разочарованно вздохнул, когда услышал щелчок и увидел справа от себя скользнувший по стене блик выброшенного из ножа лезвия…

– Ничего не понимаю, – буркнул Полянский, глядя вслед шестерке дюжих мужиков, исчезнувших в подъезде для спуска гроба из квартиры. – Напарник «полосатого» испарился, Кряжин обещал и не приехал. Может, позвонишь ему?

Но вдруг все изменилось. Сразу после того, как в подъезд вошли шестеро, из него вышли двое. И то, как это происходило, у обоих оперов вызвало сильное удивление.

Проходя мимо вдовы и насторожившихся родственников, Кряжин пояснил:

– Андрей Николаевич был его учителем и другом. Его горе безмерно.

Родственники расслабились, а вдова напряглась еще сильнее. Сегодня здесь был некто, кто выражал скорбь гораздо выразительнее, чем она.

«Полосатый», оценив мизансцену реально, попытался выйти из толпы. Его порыв был остановлен Полянским.

– Вызови «Газель» ближайшего райотдела. Детективов в машину и на Большую Дмитровку. Этому вызови врача.

Сидельникову, наконец-то, довелось увидеть лицо «ученика Андрея Николаевича». Оно от бровей до подбородка было испачкано кровью, опушено ворсинками от шерстяного шарфа, а нос свернут набок. Судя по всему, было еще что-то, невидимое под одеждой, – «лиловый» постоянно хватался рукой за печень и прижимал локоть другой руки к ребрам.

– Что это? – спросил в машине муровец, указывая на папку, перепачканную красными разводами.

– Это лежало под телом Крыльникова. Думаю, это и есть тот самый «материал», о котором я спонтанно сообщил Ресникову.

– Значит, он существовал на самом деле… – пробормотал капитан, откидываясь на спинку. – А… а как вы его вы…тащили?

Вопрос был резонен. Настолько, что Полянский остановил «Волгу» и тоже обернулся назад.

– Его вытащил не я, а один из людей Ресникова, которого вы прошляпили, – недовольно буркнул, пожевав губами, Кряжин. – Осталось выяснить, кто эту папку в гроб уложил. Крыльников мертв. К гробу доступны только родственники. Значит, полковник мог предупредить жену и велеть ей уничтожить материал, если с ним случится непредвиденное.

– Он предполагал, что будет помещен в гроб? – спросил Полянский, стараясь избегать выражения «убит».