Убийство с отягчающими

Поскольку красный продолжал гореть глазом сатаны, а в «девятке» не подавали признаков жизни, «маздовод» обошел машину и оказался перед капотом. Он махал сидящему за рулем Сидельникову, и движения его рук были похожи на призывы выйти и упасть в объятия просящего.

Кряжину это стало надоедать. Сейчас вспыхнет разрешающий, капитанам нужно будет успеть юркнуть перед «Вольво», но твердолобый бык стоял перед капотом Сидельникова и что-то орал.

Покрутив ручку на дверце, Кряжин выглянул в окошко и вдохнул морозного воздуха…

– Что это он делает? – спросил, стараясь сбить до предела накалившуюся обстановку, Полянский.

Оба сидели в машине, слушали издевки круглоголового типа в расстегнутой рыжей кожаной куртке и терпеливо ждали, когда тот уйдет. Выйти хотелось, этого требовала каждая клетка мозга, но выходить и даже гримасничать было нельзя. Чего доброго бык бросится в атаку, произойдет сцепка, и тогда прощай «Вольво».

– А ты не видишь, что он делает? – саркастически процедил сквозь зубы Сидельников.

Не поворачивая головы, муровец тут же устремил взгляд в зеркало заднего вида.

За «девяткой» стоял, как того и требовалось, черный «Вольво». Лица водителя было не рассмотреть – свет, отражаясь от кормы «жигуля», встал вертикальной стеной. А за иномаркой стояла «Волга», и только теперь капитан МУРа обратил внимание на то, что из ее окошка виднеется голова следователя.

– Это ты кому сказал? – взревел бык перед бампером, обращаясь явно не к Сидельникову, а куда-то в глубь колонны. – Это я «чупа-чупс»?! Я?!

– Вот, черт, – пробормотал Полянский.

Сидельников положил руку на ручку открывания дверцы и застыл в ледяном спокойствии. Так замирает кобра, ожидая, пока мимо нее прошлепают босые ноги индуса. Прошлепают мимо – и Будда с ним. Наступит на хвост – он с Буддой.

Теперь зеркало «девятки» играло роль автомобильного телевизора, на котором разворачивался самый настоящий триллер. А все вокруг, кроме Полянского и Сидельникова, имели возможность лицезреть видео в реальном формате.

Сидельников видел, как бык дошел до «Волги».

Как положил обе руки на дверцу и сунул голову в салон – тоже видел.

А потом… Чертов «зеленый»! Кажется – секунду только «муровец» и пропустил! – а как много произошло за это время!

Когда капитан вновь поместил «экран» в поле своего зрения, перед ним встала необычная для московских пробок картинка. Слева от дверцы, за которой располагался за рулем Кряжин, стоял серебристый «БМВ». На его капоте, распластав руки и свесив вниз ноги, лежал бык.