Убийство с отягчающими

Говорил, что пора готовить пенсию, что сразу по увольнении он станет заместителем управляющего банка «Урал-актив» и что управляющий, дабы не терять ценного заместителя, предоставил ему право ездить на джипе по доверенности. Но я уже тогда знал, что джип – собственность Крыльникова. Жена его однажды позвонила в машину, Крыльникова в этот момент в салоне не было, и трубку взял я. А супруга не поняла, кто вошел в связь, и говорит: «Заезжай в налоговую, нам там за этот джип налогов насчитали прорву».

Жена его баба из деревни, простая. Он всегда этого стеснялся, в свет не выводил никогда, хотя и любил, кажется.

– Зачем Крыльникову была нужна охрана?

Стоцкий медлил, и советник догадывался, что будущее оперативника напрямую зависит от этого ответа. Крыльникову теперь все равно. Более того, теперь есть возможность вешать на него всех собак. Однако всякий раз, когда придется вешать, обязательно встанет вопрос: «А зачем тебе, сыщику ГУВД, что-то вешать?» Значит, были дела.

Значит, участвовал. А если не участвовал, а просто смотрел, то все равно виновен, ибо видел, но не сообщил.

– У Крыльникова были какие-то дела помимо ГУВД. И чем ближе к этому Новому году, тем дел тех было больше. Деньги к нему шли, как крысы на дудочку. Пару раз он встревал в разборки, и тогда мы с Гриневым делали свое дело. Стрельбы не было, но морды били. И людей для профилактики пару раз закрывали в райотделах. Нам он платил по тысяче в месяц – мне, во всяком случае.

Ну, и по мелочам… Паспорта заграничные сделал, ксивы кое-какие выправил.

– Где у него были дела? Какие дела? С кем? – стрелял вопросами советник.

– В «Олимпе». За неделю до Нового года я стал догадываться, что он хочет быть президентом клуба. Но это все, что я знаю. С Гриневым Крыльников был на короткой ноге, и я подозреваю, что он платил ему гораздо больше. Вы тоже знаете, и не мне вам объяснять: когда по делу работает не один опер, а несколько, то среди них всегда есть старший.

Так вот, среди нас старшим был Гринев. – Стоцкий раскрошил окурок о край пепельницы и обреченно обронил: – Можете мне не верить и искать Гринева. Но то, что я сказал, есть правда…»

– Приехали, Иван Дмитриевич, – прервал воспоминания советника Сидельников. – Это первый адрес из тех двух, что дала Эмма Петровна. Хорошая женщина…

Дом, каких в Москве тысячи. За своими раздумьями он даже не заметил, на какой улице муровец остановил машину.