Убийца из Квартала красных фонарей

Даже если ты терпеть их не можешь, стисни зубы и улыбайся. Но у Голди ни черта не выходило. Она всегда выступала против них. Так что нечто подобное рано или поздно должно было произойти. Шлюха не может позволить себе открывать рот, когда не просят, и пререкаться. Нельзя оскорблять клиента, иначе либо на тебя никто не клюнет, либо…

Декок понимающе кивнул.

— Но в этот раз она, похоже, шла навстречу клиенту во всем. Она разделась сама, полностью.

Дина скорчила гримасу.

— В таком случае ей захотелось для себя чего-то новенького.

— Ну, раньше она никогда так не поступала. Должно быть, этот мужик посулил ей хорошие деньги.

— Как по-твоему, сколько?

Дина растопырила толстые, перепачканные жиром пальцы.

— Самое меньшее — сотню, а скорее всего, больше.

Губы Декока чуть заметно дрогнули.

— Мне-то казалось, ты понятия не имеешь, что тут у тебя творится, — с хорошо разыгранным удивлением сказал инспектор.

— А она никогда не упоминала о клиенте, который желал, чтобы она разделась полностью?

— Я такое слышу впервые.

Декок задумчиво кивнул и одарил ее долгим пытливым взглядом.

— Потому-то ты так отбрыкивалась от нас поначалу. Больше хоть ничего не утаила?

— Г-м… Сами понимаете, тут не до шуток! — В ее голосе смешались сочувствие и раздражение. — Когда в твоем доме случается такое, лучше держать рот на замке.

Последняя фраза, похоже, и впрямь выражала искренне сожаление. Впервые за все время разговора «мадам» вела себя по-человечески.

Дина печально вздохнула.

— А вы знаете, что люди делают, когда им плохо? — «Мадам» вытерла глаза сальными ладонями. — Может, Голди и болтала лишку, но девочкой она была славной. Поначалу я даже не хотела ее к себе пускать — думала, стыд и позор, если такая девушка пойдет по рукам. — Она выразительно подмигнула. — Но что я могла поделать? Не сними Голди комнату у меня, то нашла бы где-нибудь еще.

— Она хорошо зарабатывала?

Дина медленно, словно задумавшись, покачала головой.

— М-да… В конце концов, эта профессия и впрямь требует определенных навыков, — признал Декок.

Они вернулись в участок тем же путем — темными переулками вдоль узких каналов. Только сейчас на всех перекрестках стайками собрались женщины, — естественно, товарки Голди. Ее убийство взбудоражило весь район.