Убийца из Квартала красных фонарей

Казалось, в воздухе витает угроза, и даже деревья шепчутся о таинственном душегубе, который, похитив жизнь очередной «жрицы любви», бесследно растворяется в ночи.

Заметно нервничали и сутенеры, вполголоса обсуждавшие последнюю новость. Однако стоило им заметить Декока и Фледдера, как хриплое бормотание стихало. Все лишь молча провожали детективов взглядом, но обратиться к ним никто не посмел.

— Боятся, — обронил Фледдер.

— Верно, — согласился Декок. — Если так пойдет и дальше, девицы настолько струхнут, что ни одну и пинками на работу не выгонишь.

Что ж, их можно понять. Потому-то сутенеры в такой панике. Это сильно ударит по их карману.

— Интересно, что за человеком была эта самая Голди? — задумчиво пробормотал Фледдер. — Вы ее знали? Судя по словам Тетушки Дины, она была весьма своеобразной особой.

— Да, я ее знал, — отозвался Декок и на некоторое время умолк, явно о чем-то размышляя. Наконец он вскинул голову и как ни в чем не бывало продолжил разговор: — По правде сказать, я знал Голди довольно хорошо.

Она была дочерью отставного полицейского.

— Что?! — воскликнул пораженный до глубины души Фледдер.

Декок искоса взглянул на молодого коллегу.

— Что, барышня была, как говорится, со странностями?

— Нет, — вздохнул Декок. — Просто непослушной, с обостренным чувством протеста.

— Протеста? Против чего?

— Прежде всего Голди ненавидела, причем по-настоящему, так называемых нормальных людей, средний класс, основу общества. Она считала их всех ханжами. И ее просто бесили «порядочные» мужчины, не желавшие донимать жен своими буйными фантазиями, а потому бегающие к шлюхам.

С точки зрения Голди, большинство мужчин недостаточно хороши, а женщины слишком много о себе возомнили. Видишь ли, как правило, проститутки ненавидят мужчин за то, что те их используют. Поэтому они смотрят на двуногих самцов сверху вниз — своего рода защитная реакция. В большинстве случаев ненависть с годами притупляется, и девицы, смирившись со своим положением, пытаются извлечь из него побольше выгоды, пока их молодость и красота не увяли. Но Голди была совсем другой. Она никогда бы не смогла стать настоящей проституткой.

— Но ведь она принимала мужчин?

— Да, сынок, но тут есть кое-какие нюансы. На мой взгляд, женщина не становится проституткой до тех пор, пока не начинает считать, что это для нее неизбежно. Голди никогда так не считала. Просто не смогла бы с этим смириться. Каждый раз, прежде чем отдаться мужчине, я думаю, ей приходилось выдержать битву с собой, заставить себя.