Убийца возвращается дважды

– А вы углубитесь и сразу поймете: соседи ничего не видели и не слышали. Информации – ноль. Я сам в то утро побывал на месте преступления и с первого взгляда понял, что это убийство – беспросветный висяк.

– А зачем вы туда приехали? – удивилась Анна.

– Вызвали. Но в ту ночь дежурил следователь Казнов, ему и отдали дело.

– Уверена, что все не так безнадежно, – сказала Анна.

– Когда, спустя два года, я стал разбирать документы, сразу переговорил с первым следователем…

– А почему он сам отстранился?

– Он не отстранился, а просто ушел на пенсию.

– И что вам рассказал Казнов?

– Он был уверен, что Панину убил кто-то из ее окружения.

– В материалах дела фигурировал только любовник, – заметила Анна.

– Гуляев предоставил железное алиби. Но если говорить начистоту: кто знает, сколько у погибшей было любовников?

Анна перелистала материалы дела и проронила:

– У меня есть и другие вопросы.

– Ко мне или в принципе? – спросил Усков, и в его маленьких глазах заплясали чертики.

– Вот, взгляните. – Она показала снимок ножа.

– Ну да, видел, знаю.

– Тогда поясните. Убийца взял нож с кухни Паниной или принес с собой?

– А что сказано в материалах дела?

– Я тоже не помню. Прошло тридцать лет.

Анна подняла глаза и зафиксировала взгляд на лице Ускова, намеренно выбрав объектом внимания его вздутый нос.

– Как можно было допустить такую небрежность?

– Вопрос не ко мне! – зло отозвался он. – Я работал с тем, что имел.

– В то время родители Паниной были еще живы. Они могли опознать нож.

– Послушайте, уважаемая, – с сочувствием начал Усков, но Стерхова его прервала:

– Меня зовут Анна Сергеевна.

– Послушайте меня, старика. Ничего вы из этого дела не выжмете, как ни старайтесь.

– Ну, это мы посмотрим, – сказала Анна и задала следующий вопрос: – В доме Паниной был установлен телефон?

– Был, это я помню. Ее мать вызвала милицию с домашнего телефона.

Анна замолчала, сомнения одолевали ее все больше и больше. Этот закоренелый представитель следственной бюрократии выглядел ненадежным союзником и не внушал никакого доверия.

– Кто-нибудь звонил Паниной тем вечером перед убийством? Запрос на телефонную станцию делали?

Усков почесал пальцем нос, словно избавляясь от ее упорного взгляда.

– Возможно, я путаю с каким-нибудь другим делом, но, кажется, за час до убийства Паниной звонили из телефона-автомата. Соединение было прервано, трубку положили, как только она ответила. – Он постучал пальцем по папке со следственными материалами.