Убийца возвращается дважды

– Что делает мама девочки?

– Она кричит: «Что ты здесь делаешь?»

Услышав эти слова, Анна выпрямила спину и посмотрела на Платонова:

– Слушайте, слушайте… – напомнил ей Кориков. – Сейчас будет интересно.

Затем прозвучал его голос на записи:

– Девочка знает, что было дальше?

– Мужчина бьет девочку.

– Пусть девочка расскажет, что было после, – сказал Кориков.

Анна встала и, не находя себе места, заходила по кабинету. Остановившись возле окна, она тоскливо посмотрела на Павла.

– Темно… – повторила Елена Васильевна и добавила: – Холодно… Девочка открыла глаза.

– В комнате лежит ее мать. Повсюду кровь.

– Сама девочка где сейчас?

– Ползет к открытой входной двери. Сползает по ступеням крыльца. Дальше темно.

– Пусть девочка скажет…

На этом запись оборвалась.

Анна посмотрела на Корикова:

– Вы же слышали. Дальше была темнота, – ответил он. – Больше ничего не добился.

Анна вернулась на место и замолчала. Потом, сделав над собой усилие, она сказала:

– У меня к вам, как к специалисту, есть вопросы.

– Слушаю, – с участием отозвался Кориков.

– Почему реальные показания Колодяжной отличаются от показаний под гипнозом? Чему можно верить?

– Только результатам сеанса.

– В материалах следствия говорится, что утром девочку обнаружила бабушка. Но судя по тому, что мы услышали, она выползла на улицу.

– И потеряла сознание, – дополнил Кориков.

– Здесь что-то не то.

– Поймите: я говорил не с пациенткой, а с ее подсознанием. Подсознание человека не врет, а рассказывает, что произошло на самом деле.

– Слишком большая разница. Как воспоминания Колодяжной так быстро смогли трансформироваться? Уже через несколько дней после убийства матери она говорила то же, что и неделю назад.

– Причиной этому могли послужить различные факторы, – расплывчато объяснил Кориков и посмотрел на часы. – Я тороплюсь. У меня мало времени.

– Подробнее объясните! – сказала Анна.

– Ну, хорошо. – Кориков заговорил быстрее и с раздражением: – О защитных воспоминаниях я уже говорил. После того как человек пережил негативный опыт, подсознание формирует новые образы, чтобы защитить его психику.

– Убийца перерезал ножом горло матери. – Анна холодно, с вызовом посмотрела на Корикова. – По-вашему, такое воспоминание защищает психику ребенка?

– Ну, нет! Это совсем другой случай! Людям, пережившим нечто ужасное, часто снятся сны, и со временем они начинают путать сновидения с реальными событиями. К тому же, как вы догадываетесь, взрослые при ней обсуждали случившееся.