– Подойдя к двери, он оглянулся: – У меня список из более полудюжины людей, которые в связи с отсутствием алиби могли бы совершить это убийство, ну и что? Как минимум у четырех из них есть некое подобие мотива, а в конце преступником окажется, наверное, кто-то, о ком я даже не успел подумать.
– Очень надеюсь, что вы правы, – заметил полковник.
Глава 13
В маленьком кабинете не оказалось никого из временно подчиненных старшему инспектору сотрудников, но он увидел, что Харботтл, пришедший раньше его, разобрал стопку бумаг на столе.
Усевшись, Хемингуэй отодвинул бумаги и подтянул к себе за шнур телефонный аппарат. Его немедленно соединили с непосредственным начальником, суперинтендантом Хинкли, который поздоровался с ним сурово, зато без всякой официальности: сказал с убийственным сарказмом, что рад слышать его голос и обожает задерживаться в Управлении, опаздывая на встречу. На это старший инспектор нашел надлежащий ответ, содержавший порицание людей, весь день проводящих с ногами, закинутыми на стол.
После обмена любезностями суперинтендант поинтересовался:
– Ну, как дела, Стэнли?
– Бывало и хуже. Есть что-нибудь для меня?
– Ничего важного. Все банально: родился в 1914 году в Ноттингемшире, единственный сын преподобного Джеймса Артура Линдейла. Отец жив, мать умерла в 1933 году. Две сестры, одна замужняя, другая одинокая. Учился в колледже Стиллингборо. В 1933 году поступил в брокерскую фирму своего дяди «Линдейл и Кру».
В 1935 году зарегистрировался на фондовой бирже. Призван в армию в 1939 году, служил до 1946 года. Хотите его послужной список? Переводился с места на место, награжден орденом за достойную службу. Последнее место службы – оккупационная армия в Германии, звание – майор.
– Вряд ли это пригодится. Чем он занимался после демобилизации?
– На пять лет вернулся на фондовую биржу. Проживал в холостяцком пансионе на Джермин-стрит. Больше о нем ничего не известно.
Он даже не продлил свои водительские права. В конце 1950 года покинул фондовую биржу.
– Маловато, – вздохнул Хемингуэй. – Что насчет его жены?
– Он холост.
– Женат! – нетерпеливо возразил Хемингуэй. – Муж и отец! Я уже говорил тебе об этом, более того, просил навести справки и о ней!
– Знаю, но ничего о ней не получил.
– Кто готовил справку?
– Джимми Роксэм.
– Вот оно что, – протянул Хемингуэй. – Этот вряд ли что-либо упустит.
