Ну, как с таким работать?
– Трудно, согласен, – кивнул Хемингуэй, почесывая подбородок. – С неврастениками всегда так. Впрочем, он мне не нравится.
– У него больше причин для совершения преступления, чем у остальных.
– Не уверен. Это зависит от того, что Кэтеркотт отыщет в квартире. Да, войдите!
На пороге возник Кэтеркотт в тяжелом шерстяном пальто, со спрятанным в кашне подбородком. Размотав кашне, он поставил на стол пакетик.
– Ваша взяла, шеф! Полюбуйтесь! Каково?
– «Снег»? – догадался Хемингуэй.
– Молодец! Где вы это нашли?
– Несколько книг в книжном шкафу оказались пустыми муляжами. Я бы отыскал их быстрее, если бы не проклятый сейф. Ну и голова была у этого Сэтона-Кэрью! Жаль, что он уже не с нами: вот бы потолковать с ним хотя бы полчасика! Зато, – добавил Кэтеркотт с видом терьера, учуявшего добычу, – теперь нам будет легче ухватить за хвост банду, которую мы выслеживаем уже четыре месяца.
– Мне это поможет? – осведомился Хемингуэй.
Кэтеркотт равнодушно покосился на него.
– Вам? А-а, вы про свое убийство! Вряд ли, сэр. Если повезет, эта партия наведет нас на след преступников, которые завозят товар в страну. Утром я доложу о находке суперинтенданту Хиткоту. – Он потер руки. – То-то он заинтересуется!
– Не сомневаюсь, – сказал Хемингуэй. – Отправляйтесь домой, на боковую. От зубной боли хорошо помогает клеверное масло, Джордж. Вы отлично поработали, не вздумайте на ночь глядя засесть за рапорт!
– Если я вам больше не нужен, то я пошел.
– Кэтеркотт забрал свой драгоценный пакет. – Чую скорый снегопад. Теперь постояльцы отеля «Ритц» застрянут не на один месяц. Спокойной ночи, сэр! И тебе, Сэнди!"
"– Вот она, узость кругозора! – усмехнулся Хемингуэй, когда за Кэтеркоттом закрылась дверь. – Плевать ему на такие мелочи, как убийство! Ну, а наше дело, Сэнди, получило важное развитие. Утром нам предстоит новый визит к леди Нест Паултон.
– Почему не к миссис Хаддингтон? – спросил инспектор с легкой улыбкой.
– Потому что я не страдаю от узости кругозора! – отрезал Хемингуэй.
Но на следующий день в доме на Белгрейв-сквер ему сообщили, что ее светлости нет дома.
– Если имеется в виду, что она никого не принимает, то просто отнесите ей мою визитную карточку, – попросил Хемингуэй.
Дворецкий, тщательно скрывая злорадное торжество, ответствовал, что ее светлость накануне вечером отбыла из Лондона.
