На протяжении всего их разговора его пальцы ни на миг не прекращали движения: перебирали карандаши, подравнивали стопку фармацевтических справочников, теребили манжеты или просто барабанили по книге записей. Он коротко взглянул на визитную карточку инспектора.
— Ну ладно… э-э-э… Барнеби, — доктор протянул карточку назад, — у меня мало времени. — Он даже не предложил инспектору присесть. Тот пояснил цель своего визита.
— Не вижу, в чем тут может быть проблема. Пожилая дама упала, сердце не выдержало. Весьма обычная ситуация.
— Кажется, вы принимали мисс Симпсон по какому-то поводу за две недели до ее смерти?
— Да, было. Вы меня не подловите, инспектор. В противном же случае вам придется составлять протокол. Я знаю законы не хуже вашего.
Оставив это сомнительное утверждение без внимания, Барнеби спросил:
— По какой причине?
— У нее был приступ бронхита. Но ничего серьезного.
— Значит, бронхит не мог стать причиной смерти?
— Что вы имеете в виду?
— Доктор Лесситер, я ничего не имею в виду. Я просто задаю вам вопросы.
— Причиной смерти, которая наступила за несколько часов до того, как ее обнаружили, стала сердечная недостаточность. Как я и написал в свидетельстве. У нее был большой синяк. Она, вероятно, сильно ударилась во время падения. Такого рода удар может оказаться смертельным.
— То есть таково ваше предположение…
— Диагноз.
— …и вы не стали искать никаких дополнительных признаков. Хотя это совершенно естественно в подобной ситуации. Но если хорошенько вспомнить, не было ли чего-то… — Барнеби задумался, пытаясь составить фразу покорректнее, — … не вполне соответствующего обстоятельствам?
— Ничего.
Однако ответ последовал с секундной задержкой. И в голосе доктора послышалась нотка, не вполне согласующаяся с категорическим отрицанием. Барнеби ждал. Доктор Лесситер надул щеки. Голова у него была круглая, как репа, а щеки — цвета рассетских яблок. Красным оказался и нос, а белки пересекали многочисленные красные прожилки. Инспектору показалось, что он различает сквозь запахи мыла, дезинфектантов и мятных пастилок запах виски.
Руки доктора Лесситера наконец-то сделали перерыв и упокоились на его объемистом животе. Когда он заговорил, голос его звучал спокойно и рассудительно, словно он все-таки принял решение, что Барнеби можно доверять.
— Ну, знаете… имелось кое-что… едва ли достойное упоминания на самом деле. Там был странный запах.
— Какой именно?
— Гм… Похожий на мышиный.
— Это вполне естественно для старого дома.
