Я уже собирался позвать Мэтью – лакея, сэр, – чтобы он помог мне выставить этого человека, и тут мистер Верекер стал спускаться по лестнице, собираясь уезжать.
– В вечернем костюме?
– Совершенно верно, сэр. Мистер Верекер спросил, в чем дело. Этот незнакомец продолжал улыбаться, я бы сказал – очень странным образом в данных обстоятельствах, и через несколько секунд сказал очень дружелюбным тоном: «Для меня тебе лучше быть дома, старина». Это его подлинные слова, и они поразительно подействовали на мистера Верекера.
Мистер Верекер был румяным, но тут он побледнел, остановился, держась за перила, и уставился на него.
– Мистер Верекер выглядел испуганным?
– Я бы не сказал, сэр. На мой взгляд, он был очень сердит и удивлен.
– Помните, что он сказал?
– Он молчал, сэр, пока незнакомец не сказал, что если они немного побеседуют наедине, то можно будет избежать многих неприятностей. Тогда мистер Верекер кашлянул и велел мне впустить этого человека. Я, конечно, впустил, мистер Верекер отвел его в свою комнату и закрыл дверь.
– Долго они находились там вдвоем?
– Пока мистер Верекер не вышел из дома, сэр, вместе со своим посетителем. Пробыли они там минут двадцать или полчаса.
– Что происходило между ними? Они ссорились?
– Вряд ли это можно назвать ссорой, сэр. Незнакомец ни разу не повысил голоса, хотя я невольно слышал, как мистер Верекер несколько раз переходил на крик. Видимо, этот человек хотел денег, потому что мистер Верекер несколько раз сказал: «Ты от меня не получишь ни единого пенни!»
– Слышали, как он говорил еще что-нибудь?
– Почти ничего, сэр.
Несколько раз повторялось слово «негодяй», и мистер Верекер один раз произнес очень громко: «Так ты думаешь, что можешь запугать меня?» Но что ответил тот человек, не знаю, он все время говорил тихо. Вскоре мистер Верекер как будто успокоился, и я не мог расслышать, что он говорит. Но без десяти восемь они оба вышли из библиотеки, и, проходя, мистер Верекер обругал меня за то, что я открыл дверь тому человеку.
Я решил, что ему что-то испортило настроение. Тот человек был очень дружелюбен и, казалось, посмеивался. Он сказал, что мистер Верекер может подвезти его, а мистер Верекер бросил на него такой взгляд, что я поразился, хотя привык к переменам его настроения. Я видел, что он ненавидит того человека, и, думаю, с трудом согласился взять его к себе в машину. Но, так или иначе, взял. Незнакомец уютно устроился, а мистер Верекер плотно сжал губы.
