Ханнасайд улыбнулся.
– Надеюсь, – сказал он и обратился к Джайлсу: – Надеюсь увидеться с вами завтра на дознании.
Джайлс протянул ему руку:
– Я непременно приду.
Ханнасайд обменялся с ним рукопожатием и тепло, по-дружески посмотрел на молодого человека.
– Если обнаружится что-то интересное, я вам сообщу.
Как только он вышел, Чарлз Каррингтон отодвинулся от письменного стола вместе с креслом.
– Так, так, так, – произнес он. – Это, конечно, пустая, но забавная трата моего времени.
– У меня было желание попросить Кеннета поискать другого адвоката, – проворчал Джайлс.
Чарлз Каррингтон вновь принялся рыться в ворохе бумаг на столе.
– Чепуха! – воскликнул он. – Этот парень либо неисправимо правдивый юный осел, либо блестящий актер. Джайлс, он заставил твоего суперинтенданта поломать голову. Более того, и тебя тоже. Как ты думаешь, он совершал это убийство или нет.
– Понятия не имею. Не знаю даже, способен ли он на это. Кеннет – странный человек. Удивительно хладнокровный.
– На убийство он вполне способен.
Но совершил его или нет, не могу понять. Черт возьми, где мои очки?
Глава восьмая
Заместитель управляющего компании «Шен-Хиллз майн» мистер Гарольд Ферфекс принял суперинтенданта Ханнасайда с взволнованной почтительностью и охотно позволил ему расспросить кое-кого из служащих. Мистер Ферфекс был худощавым, невысоким, довольно нервным человеком среднего возраста. На тайну смерти Арнольда Верекера никакого света он пролить не смог."
"– Видите ли, – говорил он с подавленным видом, – очень многие недолюбливали мистера Верекера.
Он был суров, очень суров! Я… я полагаю, мне он доверял. Хочется думать, что да. Мы никогда не ссорились. Временами он бывал со мной резок, но я знал его много лет и, думаю, понимал. Ужасно, что его убили, просто ужасно. И возможно, из-за того, что кто-то не смог примириться с его вспыльчивостью.
От мисс Миллер, секретарши Арнольда Верекера, толку было больше. Эта деловитого вида женщина неопределенного возраста не отводила от суперинтенданта холодных, умных глаз и отвечала на его вопросы спокойно, с оттенком презрения.
Она назвала точное время появления Арнольда Верекера в кабинете в субботу утром, зачитала список встреч, какие у него были назначены, и описала его визитеров.
– В двадцать пять минут одиннадцатого, – оживленно сказала она, – мистер Верекер вызвал мистера Мезурье. Тот находился в его кабинете двадцать семь минут.
– Вы очень пунктуальны, мисс Миллер, – вежливо отметил суперинтендант.
