Затем он обратился к Снеллу:
– Будьте добры, проводите нас.
Снелл повиновался. Пуаро шел за ним по пятам, а следом, как овечки, потянулись остальные.
Снелл прошел через большой холл, мимо большого разветвленного изгиба лестницы, мимо огромных дедовских часов и алькова, в котором стоял гонг, и по узкому проходу, который заканчивался дверью.
Здесь Пуаро прошел вперед Снелла и подергал ручку. Она повернулась, но дверь не открылась. Пуаро тихонько постучал. Он стучал громче и громче. Затем, внезапно сдавшись, опустился на колени и заглянул в замочную скважину.
Наконец он медленно поднялся и обвел присутствующих взглядом. Лицо его было суровым.
– Джентльмены! – сказал Пуаро. – Эту дверь следует немедленно вскрыть!
По его указанию два молодых человека, высокие и крепкие, налегли на дверь. Это оказалось непростым делом. Двери в Хэмборо-Клоуз были солидными. Однако в конце концов замок поддался и дверь с деревянным треском распахнулась внутрь."
"На мгновение все сгрудились в дверях, глядя на открывшуюся картину.
Свет был включен. С левой стороны комнаты стоял большой письменный стол – массивное сооружение из красного дерева. Не за столом, а сбоку от него, прямо спиной к вошедшим в кресле обмяк крупный мужчина. Голова его и верхняя часть тела накренились направо, правая рука бессильно свисала вниз. Прямо под ней на ковре лежал маленький блестящий пистолет…
Раздумывать было не о чем, картина представлялась ясной. Сэр Жервас Шевенэ-Гор застрелился.
Глава 3
Несколько мгновений группа в дверях стояла неподвижно, не сводя глаз со зрелища.
Затем Пуаро шагнул вперед. В то же мгновение Хьюго Трент хрипло сказал:
– Господи, старик застрелился!
Послышался длинный, судорожный вздох леди Шевенэ-Гор.
– О, Жервас, Жервас!
Пуаро резко бросил через плечо:
– Уведите леди Шевенэ-Гор. Тут уже ничего не поделаешь.
Пожилой мужчина с военной выправкой повиновался. Он сказал:
– Идем, Ванда. Идем, дорогая. Ты ничего не сможешь сделать. Все кончено.
Рут, помоги матери.
Но Рут Шевенэ-Гор протиснулась в комнату и теперь стояла рядом с Пуаро, который склонился над жуткой обмякшей фигурой в кресле – над телом человека геркулесовского сложения с бородой викинга.
Она спросила низким, напряженным, странно сдавленным и глухим голосом:
– Вы уверены, что он… мертв?
Пуаро поднял взгляд.
Лицо девушки полыхало от какого-то чувства – явно сурово сдерживаемого и подавляемого, которое он не мог распознать.
