Это было не горе – казалось, что это нечто вроде полнейшего ужаса и возбуждения.
Маленькая дама в пенсне прошептала:
– Дорогая, ты не думаешь, что твою маму следует…
Рыжеволосая девушка вскричала высоким надрывным голосом:
– Так, значит, это была не машина и не пробка от шампанского! Мы слышали выстрел!
Пуаро повернулся к ним.
– Кто-то должен позвонить в полицию…
– Нет! – отчаянно выкрикнула Рут Шевенэ-Гор.
Пожилой мужчина с лицом юриста сказал:
– Боюсь, этого не избежать. Вы не возьмете это на себя, Бэрроуз? Хьюго…
Пуаро спросил высокого молодого человека с усами:
– Вы мистер Хьюго Трент? Мне кажется, было бы неплохо, чтобы все, кроме нас с вами, покинули эту комнату.
И снова его полномочий никто не оспаривал. Юрист вытеснил всех наружу. Пуаро и Хьюго Трент остались наедине. Молодой человек воззрился на него:
– Послушайте, кто вы такой? В смысле, я понятия об этом не имею. Что вы тут делаете?
Пуауро достал из кармана визитницу и выбрал карточку.
Хьюго Трент уставился на нее:
– Частный детектив? Ого! Конечно, я слышал о вас… Но я все равно не понимаю, что вы здесь делаете.
– Вы не знаете, что ваш дядя… он ведь ваш дядя, не так ли?
На миг Хьюго глянул на покойного.
– Старик-то? Да, он мой дядя. Все верно.
– Вы не знали, что он послал за мной?
Хьюго покачал головой. Затем протянул:
– Я не знал об этом.
В его голосе звучало какое-то трудноуловимое чувство. Глаза его казались застывшими и тупыми – такое выражение, подумал Пуаро, бывает хорошей маской в момент потрясения.
Он тихо сказал:
– Мы ведь в Уэстшире? Я хорошо знаком с вашим главным констеблем[27], майором Риддлом.
– Риддл живет в полумиле от нас, – сказал Хьюго. – Он, вероятно, сам приедет.
– Это было бы очень кстати, – сказал Пуаро.
Он начал осторожно передвигаться по комнате. Затем отодвинул оконную штору и обследовал французские окна, пробуя открыть их. Те были закрыты.
На стене за столом висело круглое зеркало. Оно было разбито. Пуаро наклонился и поднял какой-то маленький предмет.
– Что это? – спросил Хьюго Трент.
– Пуля.
– Она прошла сквозь его голову и разбила зеркало?
– Похоже на то.
Пуаро скрупулезно положил пулю на то самое место, где подобрал ее. Затем подошел к столу. На нем лежали аккуратно сложенные в стопки бумаги. На кипе промокательной бумаги лежал листок с надписью «Простите», написанной неровным почерком печатными буквами.
– Наверное, он написал его непосредственно перед тем, как… сделать это, – сказал Хьюго.
