У ворот, – единственного места в стенах, которое позволяло рассмотреть дом со стороны, дежурили несколько охранников, здесь же, в небольшой пристройке, располагался кинолог со сворой натасканных псов. Малкольм на дух не переваривал доберманов, однако держал для охраны именно эту породу, поскольку знакомые в Голливуде утверждали, что это лучший сторож в мире.
Двор имел площадь около половины квадратной мили и являлся самым большим из имеющихся в Вегасе дворов. Оказавшийся внутри этого великолепия приходил в восторг от обилия разнообразной растительности, привезенной с островов Тихого океана, из Африки и Европы.
Японская сакура соседствовала с немецкой березкой, а частокол молодых эбеновых деревец удобно соседствовал с ливанским кедром.
Этот дом строился на века, его и собирался передать Малкольм дочери, воспитание которой было запущено, и с этим теперь приходилось мириться. Двадцать лет назад, покупая этот дом, Стив Малкольм рассчитывал заселить его парой сыновей, взрослой дочерью и начавшими появляться внуками.
Но после рождения Мэри стало ясно, что это будет первый и единственный ребенок. Жену Малкольм не винил, но с той поры в нем что-то сломалось. Он превратился в беспощадного к чужим заботам типа, пожалуй, в этот момент и перестал жалеть себя и окружающих. Пять лет назад зять Флеммер привел к нему заросшего щетиной русского уголовника. Встретив его взгляд, Малкольм узнал себя, каким он был в 1987-ом. Столько же злобы, отчаяния и желания перегрызть глотку любому, кто скажет «нет».
Так в жизни президента «Хэммет Старс» появился Мартынов, и не было бы, наверно, человека преданнее и надежней, не пожадничай пару месяцев назад Малкольм и не поступи он обычно для своих постоянных поступков. Тогда, давая приказ на устранение Мартынова в России, в Малкольме сработала какая-то пружина, контролировать сжатие и отстрел которой он был не в силах. 10 миллионов долларов стояли на кону и в какой-то момент Малкольм решил, что эта сумма дороже преданности русского. Точно так же, поддавшись наитию в 1987 году, он сохранил «Хэммет Старс» и купил этот дом.
И вот сейчас, ведомый тем же чувством самосохранения, он совершил ошибку. Быть может, главную в жизни. Это стало ясно сразу, и теперь за неё приходилось рассчитываться большой ценой. И дело даже не в том, убьет он Мартынова, или Мартынов убьет его, Малкольма. Дело в другом… Русский иммигрант, оборвыш и вор, преподает американскому гражданину, потомку великих пионеров, урок порядочности.
