"
"– Я могу зачаровать ваш… вашу… – очень затруднительно оказалось подобрать подходящее слово, но Эви не сплоховала, – ваше одеяние. Получится очень красивое платье. К сожалению, ненадолго. Иллюзия разрушится с двенадцатым ударом часов…
– Да мне больше и не нужно! – снова удивила ее старушка. – Мне на один день.
– Но для чего? – не сдержала любопытства Эви.
– Завтра лесной бал… – Глаза хозяйки мечтательно затуманились. – Король устраивает его один раз в год, весной. Раз в год двери дворцовых ворот открываются для всех жителей города.
В саду накрывают столы, ставят шатры для отдыха. Играет оркестр. В фонтане сладкая вода… Ах… Условие только одно – нарядная одежда. Хотя бы приличная. Разве я могу появиться на балу в этом?
Пожилая женщина развела руками, и стало видно, что в некоторых местах ткань прохудилась до дыр. Но Эвелина только мельком взглянула и уставилась на Дегара. Он – на нее. И не нужно было ничего говорить.
– И сам правитель будет на балу? – осторожно спросила Эви, боясь спугнуть удачу.
– А как же! Ходит среди простого люда по-свойски, руки жмет, беседует. Если кому важные вопросы нужно решить – лучшего времени не найти. А потом он до утра уединяется в своем шатре с самой красивой девушкой бала.
– Зачем? – вырвалось у мейджи.
Хотя она и так поняла, не маленькая.
– Девушки не против, – уверила старушка. – Это честь: сам король внимание обратил! Он их осыпает золотом и отпускает. А если какая глупышка слезы льет и грозится руки на себя наложить, так это для вида, чтобы народ не осуждал.
Ну и не завидовал.
Эвелина поежилась и придвинулась поближе к Дегару. Каково это – оказаться избранной? Наверное, кто-то идет по доброй воле, но ведь не все. Представила, как Бальтазар уводит девушек, как те испуганно оглядываются, надеются на помощь, а все просто стоят и смотрят. Никто не посмеет перечить правителю…
– В прошлом году, правда, все дурно обернулось. Я сама не видела, но рассказали. Король выбрал Лисси, дочь мельника, а она была сосватана за кузнеца, Рива.
Дело к свадьбе шло. По мне, так не стоило вообще вести ее на бал, а раз привел, не рыпайся… Она на коленях умоляла, но наш король суров и непреклонен. Так и забрал. А Рив ушел и заявился с топором…
– И что потом? – с замиранием сердца спросила Эви.
– Что-что… Этот топор его и зарубил. А Лисси потом с ума сошла. Потому что нечего противиться воле правителя, я так считаю!
– О Пресветлая… – выдохнула Эвелина.
