Убить волка (СИ)

Услышав, что маршал Гу будет обучать их лично, Гэ Пансяо и Цао Нянцзы ощутили в сердцах чувство, выражавшее одновременно волнение и восторг. Преодолев столько трудностей и подавив незваную зевоту - ради такого им даже удалось сбежать от скучного учителя - они прибежали, чтобы послушать, что же им расскажет маршал Гу. Вот только неожиданно для них двоих, когда они выслушали все от начала и до самого конца, у мальчиков остался один единственный вопрос - и что это было?!

Гэ Пансяо тихонько шепнул:

- Лучше бы я слушал монотонное бурчание учителя Шэнь, чем это.

- Он - генерал Шэнь! Почему ты вечно забываешь об этом?! - с раздражением поправил его Цао Нянцзы, но затем на короткое мгновение задумался, разрываясь между "прекрасным мужчиной" и "совестью". В конце концов, "совесть" одержала верх, и он добавил:

Только у Чан Гэна по этому поводу не было никакого мнения. Если бы он мог оставаться рядом с Гу Юнем каждый день хоть ненадолго, он был бы рад даже стоять на страже у его дверей всю ночь. В любом случае, его ничего не держало, ведь каждая его ночь сопровождалась повторяющимися кошмарными снами.

Он также верил в то, что он сможет сдерживать проклятье; верил, что сможет стать смертоносным клинком, что он сможет изо дня в день избавляться от лишних и плохих вещей, в том числе и от его странных снов о его маленьком ифу.

Более того, лекции Гу Юня были крайне сумбурными. Только если его действительно внимательно слушать, то можно было заметить, что все вопросы и проблемы, которые он затрагивал, были весьма полезны.

Когда родители впервые вывели Гу Юня на поле брани, он был еще совсем ребенком. А несколько лет комфортной жизни во дворце после лишений в военных походах продлились совсем недолго. В пятнадцать лет он последовал за старым опытным генералом на юг, дабы подавить восстание бандитов. С тех пор и по сей день он служил в Императорской армии.

Всего в военном ведомстве Императора насчитывалось семь основных силовых фракций. Железные Драконы, составлявшие морской флот, были единственным подразделением, с которым Гу Юнь был не так хорошо знаком.

Чан Гэн слушал его, точно он был жадным до таких историй зверьком. Гу Юнь был для него подобен горе - мальчик каждый день смотрел на него и находил в его образе что-то, что помогало ему двигаться вперед.