Убить волка (СИ)

Он так часто перебирал их, что краска на бусинах поблекла, отчего ее оттенок теперь стал напоминать цвет розового дерева.

Очаровательный монах с красивым белым лицом, одетый в изношенные одежды, расплывшись в улыбке, беззвучно прочел Священные Тексты, молясь за присутствующих, попутно убеждая Гэ Пансяо и Цао Нянцзы уходить отсюда.

На этот раз, жители островов Дунъин прикрывали собственные спины, относясь к присутствующим, как к врагам. И больше к ним никто не подходил, чтобы поприветствовать.

Чан Гэн привел Гу Юня в каюту, которую специально подготовили для "ароматного мастера".

Гу Юнь обернулся и приложил палец к губам.

Пока Гу Юню не закричишь прямо в уши, он и слова не услышит.

Маршал почувствовал движение воздуха рядом с собой, когда Чан Гэн закрыл дверь и быстро развернулся. Гу Юнь предположил, что мальчик, возможно, захочет с ним поговорить, поэтому он взял на себя инициативу остановить Чан Гэна до того, как юноша откроет рот.

Лекарство, которое принимал Гу Юнь, прописал ему высококвалифицированный врач из числа простых людей, которого тогда пригласил старый Аньдинхоу. До этого Гу Юню приходилось терпеть некоторые неудобства, связанные с нефункциональными глазами и ушами.

Прежний Аньдинхоу полжизни был очень самодисциплинированным. Он был крайне требовательным к себе, но куда большие требования он предъявлял к собственному сыну.

Старый Аньдинхоу не признавал самого понятия "сильной любви". Неважно, был зрячим Гу Юнь или нет, мог ли испытывать какие-либо чувства - мастерство необходимо было оттачивать. Да и железные марионетки не будут мириться или как-то подстраиваться под неудобства Гу Юня.

Прежние марионетки были далеко не такими, как те, с которыми тренировался Чан Гэн. Конечно же, любая тренировка с такой марионеткой была очень страшной, но после специальной настройки - она останавливалась в нужный момент и не причиняла людям вред.

Но вот когда железные марионетки приводились в движение, они превращались в бесчеловечных, вылитых из металла, истинных монстров.

Чтобы победить их, молодому Гу Юню оставалось только полагаться на свое слабое зрение и слух, оперируя потоками воздуха. Но как бы маленький Гу усердно не тренировался, он никогда не поспевал за требованиями старого Аньдинхоу.