Убить волка (СИ)

— Нет, — сквозь зубы процедил Чан Гэн.

Юноша не только не отпустил Гу Юня, но еще крепче сжал руки, вкладывая в свои объятия все силы, какие у него были. Он практически всем телом прижался к маршалу, и они оба переступили порог каюты.

— Как ты умудрился изобрести новый вид избалованности? — ловко спросил Гу Юнь.

Чан Гэн усмехнулся, подчеркивая каждое слово:

— Меня до смерти напугали эти дунъинцы.

Гу Юнь ничего не ответил.

«Спокойно, держи себя в руках», — успокаивал себя Чан Гэн.

Он всеми силами старался успокоиться, одновременно помогая Гу Юню после стычки с главарем мятежников — то есть помогал ему как можно удобнее сесть на стул.

Юноша нахмурился, встретившись с Гу Юнем взглядом.

— Ифу, — поинтересовался он приглушенным голосом, — что тебя беспокоит?

Гу Юнь знал, что не сможет скрыть от Чан Гэна свой недуг. Он размышлял долгую минуту, что же ответить юноше, пока не придумал коварный план. Он поманил Чан Гэна пальцем.

Тот склонился чуть ближе, и Гу Юнь прошептал:

— Нерегулярные лунные дни, живот разрывает от боли.

Чан Гэн не сразу среагировал, изумленно уставившись на маршала.

Ответ Гу Юня дошел до юноши только после того, как он задал вопрос. Лицо Чан Гэна мгновенно покраснело. Оставалось только разобраться, отчего — от смущения или гнева?

У Гу Юня так невыносимо болела голова, что он страстно желал удариться головой об стену. Но увидев робкое, такое милое и очаровательное выражение на лице Чан Гэна, Гу Юнь не мог сдержать звонкий смех. Это секундное развлечение разогнало скуку и помогло немного унять боль.

Чан Гэн сердито сверлил Гу Юня взглядом — от одного такого взора все вокруг было готово полыхнуть.

Как помнил Гу Юнь, если «сыграл злую шутку», то сразу же надо как-то загладить ситуацию и задобрить юношу. Он кашлянул:

— У меня не было времени на ужин, и после того как я выпил чашу холодного вина от барышни Чэнь, у меня немного разболелся живот. Ничего страшного.

Это хотя бы звучало более разумно и правдоподобно. Но как люди, долгие годы проводящие время на службе в армии, которые часто сталкиваются с проблемой нерегулярного питания, справляются с этим? Один день наедаются, а потом целый день голодают?

А этот толстокожий Великий Маршал Гу, как он вообще смеет так бесстыдно вести себя, словно он тут самый нежный и хрупкий?

Попытка Чан Гэна хоть как-то совладать с собой и сохранить крупицу спокойствия в один миг разлетелась на мелкие кусочки.

— Гу Шилю, ты!.. — взорвался Чан Гэн.