Убить волка (СИ)

Гу Юнь поперебирал в руке старые деревянные четки и решил переменить тему:

— Как поживает господин Фэнхань?

— По-прежнему в тюрьме, — ответил Цзян Чун. — Можете не переживать, я слежу за ситуацией. Или Аньдинхоу собирается просить Императора помиловать его?

Гу Юнь печально улыбнулся:

— Я? Если я за него вступлюсь, то Император быстрее казнит его. Впрочем, в моей защите нет нужды, многие из чиновников во дворце вышли из стен института Лин Шу. Встретившись с ними, Император вспомнит его добрые дела. Господин Фэнхань с трепетом относится к механизмам и совершенно не понимает, как устроен реальный мир.

Легко говорить, но требовалось тщательно все спланировать для того, чтобы намекнуть Императору, что у Фэнханя лучше выходит держать собак, чем заводить детей, и при этом развеселить Его Величество шуткой, а не разжечь еще сильнее пламя его гнева.

Цзян Чун взглянул на Гу Юня и подумал, что у того, вероятно, уже есть свой план.

— После возвращения с северо-западной границы Аньдинхоу стал куда мягче [13] вести свои дела.

Гу Юнь многозначительно произнес:

— Когда вокруг кружат волки и тигры [14], я пожертвую собой. Пока не успокоятся горы и реки, я не осмелюсь пренебрегать данным мне телом. Бесполезно спорить о чувстве справедливости и спокойствии духа.

После того, как они обменялись намеками в нескольких фразах, Цзян Чун попрощался.

— Простите меня за резкость. В последние два года ежегодные отчеты из провинций сообщают о том, насколько успешно сельскохозяйственные марионетки применяются при сборе урожая. Кое-где появились даже особые машины на пару, способные ткать и шить одежду, однако казна наша по-прежнему не заполнена. И появляются все новые законы, напоминающие железные тиски. Этот ничтожный чиновник живет под впечатлением, что после стольких лет вернулась эпоха правления Императора У-ди.

Гу Юнь с улыбкой ответил ему:

— Честно признаюсь брату Ханьши, что в последние годы меня тоже съедает безосновательная тревога. Возможно, дело в том, что люди всегда хотят, чтобы с каждым днем жизнь становилась все лучше и лучше. И если видят временную задержку в развитии, то, даже занимая высокую должность, чувствуют тоску и тревогу.

Выражение лица Цзян Чуна несколько переменилось — казалось, что он собирался высказаться, но потом передумал.