Убивая Еву

– Откуда это у тебя?

Ева начинает рассказывать о вчерашнем мероприятии, но тут у Херста звонит телефон, и он поднимает руку. Слушает и молча хмурится.

– Ладно, – говорит он. – Выяснилось, что кредитку, по которой она вчера зарегистрировалась, украли неделю назад в аэропорту Гатвик у настоящей Джулии Фанин. Но у нас есть отпечатки и, надеюсь, сумка даст нам ее ДНК, а кроме того, у нас скоро будут кадры с камер. Ты сможешь задержаться?

– Сколько потребуется. – Она переводит взгляд на Саймона. – Боюсь, с шопингом нам придется повременить.

После обеда Еву вызывают в Темз-хаус на совещание, где подробно расспрашивают, почему она решила не охранять Кедрина и почему изменила свое мнение, потом заслушивают ее рассказ о полицейском расследовании и в итоге отправляют в десятидневный отпуск. А дальше или разжалуют, или переведут, и то, что вопрос будет стоять именно так, – дело явно решенное.

Дома она не может найти себе места. У нее накопилась тысяча домашних дел – прибрать, передвинуть, протереть, разложить, – но она не может заставить себя взяться хоть за что-нибудь.

Вместо этого совершает долгую, бесцельную прогулку по заснеженному Хэмпстед-Хиту, время от времени заглядывая в телефон. Она в двух словах описала Нико ситуацию, и он не приставал с расспросами, но Ева знает, что он задет и огорчен своей неспособностью ей помочь. То, что секретность работы в разведке – источник проблем в семейной жизни, она знала всегда, но ее потрясло, насколько разрушительным может быть результат. Насколько серьезно ее молчание может подорвать доверие между нею и Нико. "

"Еще в самом начале совместной жизни они пришли к согласию, что ее рабочее время принадлежит Темз-хаусу и секретной службе, а потом она возвращается к нему. То общее, что они делили друг с другом, близость вечерами и ночами, было неизмеримо важнее, чем то, что они разделить не могли.

Но убийство Кедрина, подобно токсину, отравляет все поры ее жизни. Сегодня ночью – вместо того чтобы скользнуть в постель под бок к Нико и заняться с ним любовью, залечивая возникшую днем трещину, – она допоздна сидит в Интернете, выискивая новую информацию по делу.

Воскресные газеты склоняют убийство на все лады. «Обсервер» намекает на возможную причастность Моссада, а «Санди Таймс» предполагает, что Кедрина могли ликвидировать по приказу Кремля, поскольку его фашистские словоизлияния стали беспокоить президента. Полиция же ограничилась голыми фактами. Разумеется, ни слова о том, что подозревается женщина.