Камень сам нашу девочку выбрал. К тому же видение мне было, что Абели алхимика найдет. А про тебя, внучек, ничего мне высшие силы не сказали.
– А вы еще раз их спросите, – озорно подмигнул Этьен. – Может, не расслышали?
– Шутник, – хмыкнула старуха. – Помогать хочешь, помогай. Девочке нашей с двумя такими молодцами сподручней будет.
Этьен ревниво всмотрелся в Огюстена, подумал и согласился:
– Допустим. А что за второе «но»?
– Оно большое. При дворе манеры нужны и титул. У тебя ни того, ни другого. А Абели – девушка благовоспитанная…
– Особенно когда бранится, как возница, – прыснул Этьен, вспомнив о случае в подвале.
– Не слышали, нет? О, мадам, вы многое пропустили! Думаю, она даже может уроки давать по изощренной брани.
– Я же не всегда! Только с тобой… – вырвалось у меня. Я готова была провалиться под стол.
Этьен расхохотался заливисто:
– Только со мной? Какая честь…
– Я и по-другому умею, – насупилась я.
– Ну да, ну да, – кивнул он. – Будьте любезны, свинорылая морда, подвиньтесь. Так, да?
– Хиханьки-хаханьки на потом оставим.
Скажи, Тити, разве ты забыл, в какие времена живешь? – пожурила его мадам Тэйра. – И ежу садовому известно, что девушке без наследства и приданного одной не прожить.
– Мадам права, – встрял Огюстен, и мне показалось, что Этьен хотел бы растворить его взглядом.
Старушка продолжила:
– Безбедное будущее Абели обеспечит парижская тетка. Это я точно знаю. Совесть гложет старую грешницу Шарлотту де Клермон, потому как никто столько не визжал о чистоте кровей, не строил козней, чтоб отец от Абели отказался и в монастырь подальше отправил.
Нашла тетка, что сказать, куда нажать. Отец Абели даром что граф, на деле тот еще олух и растяпа, прости Господи! А теперь сны тетке снятся страшные да скорая смерть пугает, особливо чистилищем и тем, что ответ нужно будет держать перед святым Петром на том свете.
– Даже так? – изогнул бровь Этьен. – Не вы ли ей эти сны посылаете?
Мадам Тэйра рассмеялась и тут же закашлялась, с хрипом ответила:
– Ох, сама не догадалась.
Тебя не было подсказать. Может, еще и научишь, как это делается?
Этьен скорчил гримасу, а затем внезапно снова стал серьезным:
– Тетка теткой, а насчет всяких алхимиков я против. Не позволю Абели рисковать."
"Я зарделась от удовольствия. Ну ее, вредную тетку с ее наследством. Тьфу на них всех, с их титулами и экивоками. Сейчас мне ужасно хотелось сидеть где-нибудь в тихом домике у окошка, вышивать салфетку и ждать, когда Этьен вернется домой.
