Возможно, будь мадам Тэйра больше похожа на себя, на пронырливую старуху с неугасающей хитрецой в глазах, я бы проглотила неприятное ощущение от того, что меня обвели вокруг пальца. Да, все было во имя любви, по крайней мере, как она утверждала, но отчего же было не сказать мне об этом? Я бы поняла, я сама влюблена. Но теперь она строила из себя почти святую, и во мне все вскипело. Я не смогла сдержаться и произнесла с вызовом:
– Очень рада, что вы счастливы, мадам, но все же вы использовали меня. Нас.
Обоих. И это низко.
– Милая девочка, – блеснули металлом глаза красавицы, – мне не понятен твой выпад. Разве ты не готова была отдать все, чтобы жить, как обычная женщина, выйти замуж, родить детей, быть с Этьеном?
– Да, но…
– Разве я лишаю тебя этого? Посмотри, тебя обнимает Этьен. Вы оба живы и здоровы, – распевно объясняла моя прародительница. – Я позаботилась о том, чтобы ты смогла вернуть титул и при желании получить наследство. Захочешь ли ты это сделать, зависит уже от тебя.
Сейчас ты не поступила вопреки своим желаниям. Наоборот, я помогла тебе их выполнить. Поразмысли об этом, и ты увидишь, что я права.
Граф усмехнулся, и в его глазах можно было прочесть: «В чем-то ты, Клементина, так и не изменилась».
– Но вы говорили, что вас заботят только дети, потомки… – парировала я, все меньше понимая, в чем собственно обвинять мадам Тейру. Однако неприятная уверенность в том, что меня обманули, стала еще явственней."
"– Да, меня заботила их судьба, – ответила женщина.
– И заботит. Теперь я могу быть спокойна: они не натворят бед с большим даром или малым. Кто захочет, найдет его сам, если высшие силы позволят. Да, ты пожертвовала для этого, я и сама отдала жертву – я теперь не бессмертна. При этом все твои желания исполнены. В остальном – я не должна жить твоей жизнью. Ты проживешь ее сама. Как обычная, красивая и здоровая молодая женщина, с образованием, с любимым человеком и массой вариаций будущего. Все и всегда зависело от твоего выбора.
И сейчас ты тоже сделала выбор сама.
Я ничего не ответила. Мне было плохо, душили слезы, и отчаянно хотелось найти, в кого бы ткнуть пальцем, чтобы хоть немного снять с сердца тяжесть от безвозвратно потерянного волшебства. Полная луна в окружении звезд внезапно показалась слишком яркой, слишком желтой, мертвенной.
Мадам Тэйра продолжила:
– Этьен тоже получил, что хотел: девушку, которая полюбит его, несмотря на проклятье.
