Ученики Ворона

Тот негодяй, который бил ее ногами, особо на нее не смотрел — даже при такой незначительности цели все равно промахнуться было трудно. Лицо его скрывала тряпка, одет он был в добротный полушубок, который вызвал у меня смутные ассоциации. Впрочем, думать особо было некогда — чуть подальше на дороге, похоже, кому-то из наших приходилось не слаще, чем малышке Луизе. Как бы еще не хуже.

Меня разбойник заметил поздно, я ведь орать что-то вроде: «Что ж ты делаешь, паршивец эдакий!» не стал, а сразу вогнал ему в живот сталь шпаги.

С доворотом (как меня учил Гарольд, который вечерами охотно со мной упражнялся в фехтовании), чтобы выпустить как можно больше крови и по максимуму располосовать требуху. Никто не должен обижать маленьких, тем более тех, кто относится к категории «наши».

Негодяй что-то невнятно промычал, когда лезвие клинка покинуло его тело, а после негромко вскрикнул, когда я для верности, походя, еще и дагой его в бок ударил. Он прижал руки к животу и завалился на снег рядом с графиней де ла Мале, которая уже не кричала, а тихонько скулила.

Увы, но спрашивать у нее про то, как она, времени не было. На моих глазах пару ее спутников и моих соучеников, просто и незамысловато убивали — в лунном свете блестели ножи, топоры на длинном древке, кто-то из разбойников даже держал в руках нечто вроде пики.

— Коли его! — завопил кто-то. — В ноги меть! Повалим на дорогу и тогда уж всласть покуражимся.

Еще двум ученикам Ворона было уже не помочь — их тела лежали на дороге в лужах крови, рядом валялись кули с продуктами, которые добытчики тащили в замок.

Словом, это точно была та группа, которая ходила на заработки. Оставшиеся в живых, стоя спина к спине, отмахивались шпагами от вплотную подступающих убийц, но их гибель была только вопросом времени. Разбойники как волки окружали их со всех сторон, к тому же я заметил следы крови на снегу. Скорее всего, ребятам тоже перепало в момент нападения.

Еще трое мерзавцев распластали в сугробе на обочине девушку — они зажали ей рот и мутузили кулаками, чтобы та не брыкалась, причем один из них, буквально сидя у нее на ногах, все норовил ударить в живот.

Что именно у них в планах — сомневаться не приходилось. Сначала — убийства, потом — культурная программа. И на закуску — снова убийства.

Самое паршивое — разбойников было много. Очень много — человек пятнадцать, если не больше. И все — крепкие рослые парни, так сказать, соль земли. Впрочем, бояться и раздумывать было некогда.