Ученики Ворона

 — И вообще, мне эта форма поединка понравилась, есть в ней что-то такое, рациональное. Вот ею и воспользуемся. Эй, вы, два… кхм… дуэлянта. Вас это устраивает? Хотя какая разница? Меня устраивает — и ладно. А ну-ка.

Ворон запустил руку под черный плащ с меховым воротником (эту одежду я на нем видел впервые) и через секунду показал нам песочные часы, а после поставил их на подлокотник кресла.

— Вот. Хорошая штука, удобная, точная, отмеряет ровно пять минут, секунда в секунду. Как по мне, достаточно для того, чтобы прикончить друг друга.

Флоренс, ты как думаешь, этого им хватит?

— Даже многовато, — немного нервно ответила та. — У вас таких же, но на две минуты, нет?

— Нет, — вздохнул Ворон. — С собой, понятное дело, нет, а так-то есть. Да и не поумнеют они за две минуты, не успеют. А за пять, может, хоть у одного в мозгах просветление наступит. Да и остальные что-то переосмыслят.

Он без особой симпатии обвел глазами двор, и я понял, что он хотел сказать.

За какие-то полчаса мы разрушили то, что создавали больше полугода. Рухнул зыбкий мир, было установившийся между людьми. Мы, благородные, столпились в одной стороне двора, они, простолюдины, — в другой, и во взглядах было что угодно, кроме взаимной симпатии. Мы снова были врагами, и понадобилось для этого куда меньше времени, чем на то, чтобы мы стали если не приятелями, то хотя бы людьми, общающимися друг с другом без особой неприязни.

А впереди — поединок.

И смерть, которая окончательно все доломает.

— Стало быть, так, — продолжил Ворон. — Как только Тюба подаст сигнал… Ты нашел что-нибудь подходящее для этого, Тюба?

— А как же ж! — Привратник показал не очень большой колокол, весь потемневший от патины и грязи, и даже дернул его за язык, издав мерзкий дребезжащий звук. — Во!

— Хорошая какая штука, — задумался Ворон. — А чего мы его раньше не использовали? Например, для того, чтобы на обед всех собирать или на ужин?

— Так эти оглоеды трапезы и так не пропускают, — справедливо заметил Тюба.

 — Да и не спрашивали вы про него.

— Ты потом его не убирай, — попросил привратника маг. — Я его к делу пристрою. Только помыть надо бы. Де Орти, завтра займись им — отчистить так, чтобы он блестел, как… Чтобы блестел, в общем.

— Хорошо, мастер, — с печалью глянула на свои руки Мари. — Отчищу.

— Вот и ладушки. — Ворон повертелся в кресле. — О чем я? А, да.