Ученики Ворона

Ты не только нашему собрату сейчас помогла, но и вон той мрази, которая никак не подохнет. Ишь, уши развесили!

Она с ненавистью, которой я прежде в ней не замечал, глянула на простолюдинов, что толпились вокруг своего лидера и, по сути, занимались тем же, чем и мы.

— Слова выбирай, — взвился как молния Флик, но немедленно замолчал, поскольку сразу не меньше пяти шпаг покинули ножны.

— Еще один звук — и утро в этом замке встретят только обладатели благородной крови, — очень негромко и очень спокойно сообщил Фюнц. — Клянусь фамильным склепом в том, что всю вашу поганую кровь сцежу по капле — и вашу и девок ваших.

— Я буду участвовать, — поддержал его Фальк, а следом за ним — и остальные ребята.

— Зря ты так, — неожиданно миролюбиво произнес Жакоб. — Ну, поскубались эти двое — так что теперь, нам всем за железки хвататься? Зря, честное слово.

— Молитесь всем богам, чтобы мой друг не умер, — крикнул я, помогая ребятам переносить Гарольда внутрь. — Если это случится, то все будет очень плохо!

— Неправильно говоришь — сказал мне вынырнувший невесть откуда Тюба — Этот замок — не твой, а мастера Ворона, ему решать, кому будет плохо, а кому — нет.

— Пшел отсюда! — рявкнул я на него. — Не вертись под ногами!

Может, мне и будет стыдно за мои слова и дела, но это потом.

Мы затащили Гарольда в небольшую комнатушку рядом с лестницей, ведущей на второй этаж. Там тепло, и кладовка с травами рядом.

— Мазь. — Я повертел головой и нашел взглядом де ла Мале. — Лу, займись ею.

— Я за корпией и белым мхом, — сообщила мне Рози. — Флоренс, Магдалена — вы со мной. Надо срочно делать отвар из корня двужильника, он восстанавливает кровь. И ты, де Орти, иди с нами, будешь на посылках.

— Чего это? — обиделась Мари. — Я что, дурнее остальных?

— У тебя ноги длиннее, — подтолкнула ее в спину Аманда. — Причем чем у любой из нас.

— Это правда, — успокоилась было она и последовала за соученицами.

— Как хорошо быть дурой, — вздохнула Аманда и покачала головой. — Бинты очень быстро намокают. Если не остановим кровь…

— …то он умрет. — Я зажимал рукой самую опасную рану — на боку.

Та, что на лице, меня беспокоила мало — там кровь подсохла и превратилась в корку, уродуя моего друга до неузнаваемости. А вот бок и спина… Там все было плохо.

— Этого перенесли тоже. — В комнату ввалился мрачный Фальк.