Ученики Ворона

Максимум, на что такие ухари были способны, так это ограбить какого-нибудь селянина, везущего на продажу репу или зерно.

Еще старина Вагрант оказался бесценным собеседником для Гарольда, поскольку хорошо знал не только земли Форнасиона, но и примыкающие к нему территории, а именно — горы Транд, которые нам предстояло пересечь. Я, как правило, при таких беседах крутился рядом с ними, мне это все тоже было интересно. Знания как вода. Напился, вроде как жажду утолил, и пузо как барабан от воды раздулось, но через полчаса глядь — и снова пить хочется.

— В сами горы не лезьте, — деловито говорил сержант, попыхивая трубочкой на одном из привалов. — Лучше потратьте два-три лишних дня, обойдите их по Старой каменной дороге, что кряжи Транда опоясывает. Во-первых, она широкая и понизу идет, во-вторых, не заплутаете, там других дорог нет, и в-третьих, там камнепадов не бывает. И самое главное — не надо через провалы и пропасти перебираться. В горах, понятное дело, мосты подвесные были, но остались они там или нет, неизвестно.

На ближних переходах стоят пока, я там пару лет назад был, видел их. А на дальних уступах — кто знает? Да и если остались они там, то неизвестно, выдержат они вас или нет. Их же никто не проверяет, не ремонтирует, иным лет под триста уже. Эти мосты в свое время армия основателя нынешней королевской фамилии ладила, когда оттуда ванейцев выбивала. Это сразу после Века смуты было. Ванейцы в наших горах осели, думали тут пересидеть какое-то время, пока все не утихнет. Не удалось.

Про ванейцев я слышал. Очень неприятный был народ, кровожадный и жестокий. В смутные времена они спелись с каким-то магическим орденом и здорово почудачили в Рагеллоне, настолько здорово, что их потом сразу несколько объединившихся монархов при поддержке светлых магов извели, вырезав всех до единого, даже детей. Последних ванейцев тут как раз и добивали, в горах Транда. И осталось от целого народа одно название, с недоброй памятью.

— Вот с тех пор в горах никто и не селится, — продолжал тем временем сержант.

 — Эти головорезы, ванейцы в смысле, когда туда пришли, так сразу все местные племена перебили, по привычке, надо думать. Ну а потом и их самих, значит, под корень. Больше никто там селиться не стал — и от людей далековато, и места уж очень невеселые. Так что там теперь только звери да птицы квартируют.

— О таких местах обычно страсти-мордасти всякие рассказывают, — намекнула ему Аманда, невесть когда подошедшая к нам. Я ее и не заметил.