Ученики Ворона

Может, он про него что-то да знает?

Дорога через горы вообще располагала к беседам — размеренная рысь лошадей, жаркое солнце, однообразный пейзаж, того и гляди, что заснешь. А на такой тропе это верный путь к смерти, потому мы и болтали обо всем, что только приходило в голову.

Впрочем, вру, мы не только чесали языками. Мы вспоминали все, чему нас учил Ворон. Зажигали и гасили огни на ладонях, пытались уловить токи жизни сурков, зайцев и разнообразных птиц, создавали иллюзии, соревнуясь в оригинальности, и искали линии магической энергии.

Пожалуй, это был первый раз в наших странствиях, когда мы ощутили себя на самом деле начинающими магами, до того с подобным не складывалось. То, знаете ли, мы убегаем, то нас догоняют, то еще что-то происходит. Не до магии нам было. И еще именно здесь и сейчас пришло понимание того, насколько мало мы знаем. Пока мало. Там, в школе, нам казалось, что мы — о-го-го! А на деле — пшик, с собой следует быть честным.

Еще мы пришли к выводу, что Ворон — жадина.

Мог бы нам в дорогу дать какую-нибудь магическую книгу, что-то вроде учебника. Ведь наверняка нечто подобное у него в библиотеке было. Вот и совместили бы мы дорогу и учебу, все польза.

Флик оказался прав — к Эйзенриху мы прибыли, когда солнце начало валиться за горизонт.

— Путники? — уточнил у нас сонный стражник на въезде в город. — Платите пошлину. С человека — две серебрушки, с лошади — одна. Товаров нет? Тогда торговую пошлину не надо.

— С лошади — одну, — почесал затылок Флик.

 — А если у меня конь, то можно не платить?

— Четыреста сорок семь, — глядя на него, произнес стражник. — Вот сколько раз я слышал эту шутку. И раз у тебя конь, то с тебя — две серебрушки. Конь — он больше кобылы, у него хозяйство есть. Ха-ха.

— Я же тебе говорил: меньше болтай, — дружелюбно сообщил Флику Монброн и расплатился за всех нас, кроме воришки. — Давай, давай, доставай мошну. Пусть это будет тебе уроком.

Как мне показалось, Флик на него обиделся. Его вообще задевали все вещи, которые вели к уменьшению монет в карманах.

Он молча доехал с нами до гостиницы, которую наши дамы сочли приемлемой для того, чтобы в ней остановиться, поручил своего коня Жакобу, наказав, чтобы тот о нем позаботился, и куда-то испарился. Надо полагать, пошел по девкам, как и планировал.

Не скажу, чтобы нас это расстроило, мне и вовсе дела до этого не было. Я думал, как бы устроить так, чтобы мое отсутствие не вызвало ни у кого желания это обсудить.