Ученики Ворона

Нас разместили на огромной веранде дома, за большим низким столом, который моментально заполнился блюдами с сырами, фруктами и колбасами, кувшинами с вином и другой всякой всячиной.

— Мне здесь нравится, — сообщил всем Карл и потянулся было за ломтем ветчины, но Гарольд хлопнул его по руке.

— Хозяина дома ждем, — коротко сказал он ему.

Дон Игнасио появился минут через пять, он сменил короткую домашнюю куртку на шитый золотом камзол.

— Почему мои гости не приступили к трапезе? — шутливо сдвинул он свои седые брови.

— Вас ждали, — пробасил Карл, смерив взглядом Монброна.

— Дон Игнасио, просто сначала я хотел представить вам моих спутников, — встал тот из-за стола. — И еще раз поблагодарить за оказанное гостеприимство.

Судя по лицу отца Агнесс, он был доволен компанией, в которую попала его дочь, по крайней мере, той ее частью, которая сидела сейчас за его столом.

С формальностями скоро было покончено, и Карл, шумно вздохнув, цапнул двузубую вилку и моментально навалил себе на тарелку колбасы, мяса и чего-то еще.

— А вы почему ничего не едите, юная сеньорита? — спросил хозяин дома у Луизы, которая цветом лица напоминала листья салата, украшавшие блюда.

— Морское путешествие, — пискнула де ла Мале, чуть порозовев. — Оно мне далось нелегко, все никак в себя не приду.

— Понимаю. — Дон Игнасио щелкнул пальцами, к нему подошел слуга, до того стоявший у дверей.

Луиза с сомнением посмотрела на отца Агнесс.

— Поверьте, это то, что вам нужно. — Дон Игнасио мягко улыбнулся. — Кислое — лучшее лекарство от вашей хвори. Знаю по себе, поскольку в юности страдал ей же. Помню, батюшка взял меня с собой в морское путешествие, мне там ох как лихо пришлось.

Что примечательно — его супруга к нам не присоединилась, уж не знаю почему. А уточнять у него, отчего ее нет, было как-то неудобно.

— Надеюсь, моя дочь достойно представила нашу фамилию там, где она сейчас находится? — В голосе дона Игнасио все-таки проскользнули отцовские нотки — ожидание и надежда на то, что с его чадом все в порядке.

Да и вопрос этот он задал почти сразу, хотя, подозреваю, по их традициям об этом следовало спросить едва ли не в конце.

— Одна из лучших. — Флоренс взяла из стеклянной вазы тончайшей работы кисть винограда. — Правда-правда, наставник выделяет среди из прочих.