Ученики Ворона

 — У меня писем нет. И у Магдалены — тоже.

Девушка, у которой в руках была потрепанная книга, кивнула, не отрывая глаз от страниц.

— Это так, — подтвердил юноша в колете. — Не все с письмами пришли. Но им тоже нужен мастер Герхард Шварц.

— То есть войти сюда можно, — пробормотал я. — А выйти до того, как повидаешь Герхарда…

— Именно, — подала голос красотка, откидывая волосы назад. — Вот мы тут все и сидим. Ждем.

— Не все, — послышалось от стены. — Трое свалили уже. Им надоело слушать, как желудок урчит, не смогли без харчей сидеть.

— С этим плохо, — подтвердил юноша. — Воды — вон, целая бочка. А вот с едой… В день Тюба выдает каждому один кусок черствого хлеба утром и один вечером. И все.

Вот проглоты. Два куска хлеба в день? Да вы красиво живете! Я, бывало, о таком и мечтать не смел.

Хотя если привык есть от пуза, то на два куска хлеба в день переходить трудно, это правда.

— Барон Эраст фон Рут, — протянул я ему руку. — Я не представился.

— Баро-о-он! — протянул конопатый. — Кассандра, смотри — теперь у нас и барон есть.

— Да и боги с ним, — отозвалась девица с всклокоченными волосами и в пестром платье, даже не взглянув на меня. Она была занята серьезным делом. Она метала кинжал в крышку от бочки. Хорошо метала, к слову, умело.

— Граф Аллан Орибье, из Фрайтинга, — пожал мою руку юноша. — Рад знакомству. Ты, я так понимаю, из Лесного края?

Вот ведь как — он вельможа, проживающий в столице одного из крупнейших королевств Рагеллона, да еще и титул вон какой, а я — барончик из Лесного края.

— Именно, — подтвердил я.

— Не обращай внимания на «ты», — учтиво объяснил он. — Здесь это наиболее разумная форма обращения. Да и в целом тут сословные традиции не к месту, поверь. Все мы тут на одних камнях сидим, чего уж.

И, к моему немалому удивлению, почти все, кто слушал нашу беседу, закивали, кроме парочки парней, которые вообще сидели наособицу.

И зря. Смысл гонориться, если все в одной лодке сидят? Видимо, это и есть то «выбивание», о котором мне мастер Гай говорил, точнее, одна из его разновидностей.

За последующие десять минут Аллан окончательно разъяснил мне смысл происходящего, хотя основное я понял сам. Это и впрямь была ловушка — простая и изящная.