Ученики Ворона

Нет-нет, насчет честности — это ладно, хотя тоже небесспорно. Но вот насчет того, что девушка…

— Фон Рут! — чуть ли не в голос рявкнула моментально побагровевшая Аманда.

— Я тоже еле удерживаюсь от смеха, — язвительно сообщила ей Луиза. — Чего ты на него орешь? Честная она. А кто скрыл свое происхождение? А? Не мы же? Да, Эраст?

— Есть такое, — уклончиво подтвердил я.

В данной ситуации я Аманду где-то понимал, сам ведь поступил так же. Точнее, в ее случае все наоборот — она не безродность скрывала, а родовитость.

— Сволочи вы, а не верные друзья, — пробормотала Грейси, насупившись.

— Мы идем? — поинтересовался у нас Флик. — Может, эти вопросы потом выясним, под звездным небом?

— И то, — согласился с ним Гарольд, повернулся к саркофагам и негромко произнес: — Светлых вам снов.

— Светлых снов, — почти синхронно повторили мы и один за другим покинули залу.

Странное дело — мы ведь, по сути, задание провалили, а на душе отчего-то было хорошо. Непонятная все-таки штука жизнь.

Фло серебристо смеялась, слушая Карла, рассуждавшего о том, какие копчености он собирается откушать по возвращении в Центральные королевства, Луиза и Робер о чем-то тихонько шептались, по сторонам никто не глядел, и все очень удивились, когда Гарольд остановился у лестницы, ведущей наверх. Аманда, пребывавшая в задумчивости, даже ударилась о его спину.

— Вот тебе и раз, — негромко сказал наш лидер.

— Что там, что? — засуетился Флик, растолкал нас, пробрался вперед и присвистнул.

— И что же там? — поинтересовался Карл, опуская ладонь на эфес шпаги.

— Да сам погляди. — Монброн посторонился, давая возможность остальным увидеть то, что его так поразило.

Это была потрепанная, старая книга в кожаном переплете. Она лежала на первой ступеньке лестницы, ведущей наверх.

— Спорим, я угадаю ее название. — Аманда подошла к лестнице, подняла томик со ступеньки и раскрыла его. — Вот же. Буквы вроде знакомые, а ничего не понятно. Но вроде как магические формулы, вон, написано не строками, а в столбик, и фразы короткие.

— Это старорагеллонский, — пояснила Луиза, подойдя к ней и заглянув в книгу. — Дай, я его немного знаю, меня заставляли учить. Робер, подсвети мне.

Она открыла первую страницу.

— «Кольцо жизни», — прочла, запинаясь, де ла Мале. — Дальше неразборчиво. Робер, низко факел не наклоняй, тут искры хватит, чтобы это все сгорело вмиг. Так. «Измышления о… э-э-э… природе человеческих чувств, написано магом Летиусом, уроженцем Риции». Риция.