Ученики Ворона

Что нам от вас проку? Нам нужен ваш наставник, некто Герхард Шварц, персона известная и крайне неприятная, орден давно хочет задать ему ряд вопросов. С пристрастием задать. Да вот беда — нам для этого необходим хотя бы формальный повод. Уложение никто не отменял, и маги неприкосновенны до тех пор, пока не доказано, что они занимаются противными богам и людям видами магии. Увы, но старые добрые времена, когда братьям-инквизиторам для того, чтобы отправить на костер мага, было достаточно мелочи вроде доноса, нацарапанного левой рукой, давно миновали.

Короли забыли, что когда-то они были всего лишь марионетками в руках негодяев, подобных вашему наставнику. Потому мне нужны вы. Ведь именно вы прямо сейчас подпишете допросный лист, в котором будет указано, что Герхард Шварц, также известный как Ворон, учил вас некромантии и магии крови и направил вот в это место, чтобы вы добыли здесь древнюю книгу, в которой описаны ритуалы, запрещенные для применения.

— Даже так. — Гарольд понимающе покивал. — А мероприятие? То, что ближе к зиме?

— Процесс, — любезно пояснил Август Туллий.

 — Открытый судебный процесс над Герхардом Шварцем. Ваша роль в нем — свидетели. А после него, если хотите, оставайтесь на торжественное сожжение вашего наставника, если не хотите, так дело хозяйское. Даю слово, что никого из вас орден Истины после никогда не тронет. Даже не потревожит.

— Было бы странно, случись по-другому, — рассмеялась Аманда. — Кому нужны подмастерья-недоучки без мастера? Да еще такие, которые его на костер определили?

— Я думаю, что вы верно оценили и мои слова, и свои перспективы.

 — Август Туллий по-прежнему смотрел только на Гарольда. — Вы ведь умный человек, Монброн. И ознаменовать это наше взаимопонимание я предлагаю добровольной выдачей мне той книги, что вы взяли в крипте.

Он, склонив голову, испытующе посмотрел на нашего лидера. В этот же момент десяток крепких ребят в черных балахонах взял да и сделал несколько шагов вперед, по направлению к нам.

— Знаете, вы тоже не производите впечатления глупого человека, — даже как-то дружелюбно сообщил ему Гарольд.

 — Но тогда почему вы не осознаете невозможности исполнения того, что вы мне предлагаете? Даже если бы речь шла не о нашем наставнике, который, к слову, никогда ничему вышеперечисленному нас не учил, то все равно на подобную низость я бы не пошел. И никто из моих друзей тоже. Какие подписи в допросном листе? Какое участие в процессе? Я аристократ, если вы забыли.