— Ворон скривил рот в усмешке, только я не смог определить, была она ироничная или злобная. — До чего неугомонные. Вот не любят они меня.
— Не любят, — поддакнул ему Карл. — Сильно не любят. Сам слышал.
— Со мной все ясно, но вас-то зачем в это впутывать было? — Ворон нехорошо прищурился: — Грейси, мне не нужен ваш комментарий по этому поводу, это риторический вопрос. Я сам знаю на него ответы, причем все, от «Все средства хороши» до «Через нас вас прихватить попроще». Вот только это все так, отговорки.
Нет-нет, я не собираюсь сейчас терзаться муками совести по поводу гибели моих подмастерьев, речь не об этом. Просто я никогда не воюю с детьми и не люблю тех, кто это делает.
— Вам совсем не жалко наших друзей? — спросил у наставника де Лакруа. — Они погибли, выполняя ваш приказ как-никак.
— Я человек, а не статуя, — ответил ему Ворон. — Как человеку, мне их жалко, а вот как наставнику, учителю и магу — нет. Жизнь в нашем мире жестока, и каждый из вас должен четко осознавать, что он делает, что он говорит и каковы его ближайшие и дальние цели.
До слова, до жеста, до интонации. Вы будущие маги, и вся ваша жизнь станет походом по тонкой веревке, натянутой над пропастью. Чуть в сторону — и все, под вами пустота. Вас будут бояться люди, не любить власть предержащие и ненавидеть собратья по цеху. И каждая ошибка может стоить вам жизни как минимум. Весь прошлый год я вас учил именно этому, и путешествие, что вы совершали, было экзаменом, в первую очередь, по данной дисциплине.
И трое из вас его не сдали. Ромул не надел кольчугу, хоть все знают, что леса герцогств — рассадник разбойников. Флик дал слабину, позволил себя запугать, сломался. Хотя умер он как мужчина, этого не отнять. Что же до мистресс Флайт, ее погубила несдержанность. Есть мужчины, которые боятся женщин и невероятно трясутся за свою репутацию, она обязана была это просчитать, не давать воли эмоциям. Покойный Август Туллий, судя по всему, был из таких. Так вот, Флоренс ударила по его самолюбию, чем здорово навредила всем вам и себе в первую очередь.
Слово — ваш первейший друг и одновременно с этим — злейший враг, все зависит от того, как вы его используете. Кстати, судя по описанию этого самого Августа, я знавал его деда, редкой пакостности был человек. Такие черты передаются по наследству, знаете ли.
— Вот это да, — переглянулись мы. — А еще говорят, что мир велик.
— Да тут все просто. — Ворон почесал затылок.
