Ученица Хозяина Топи (СИ)

Но не растерялась девица, поспешила прочь с новой силой. Откуда только те брались? Верно говаривали — жить захочешь не так раскорячишься.

Впрочем, далеко уйти, ожидаемо, не успела.

Теперь уж Лесьяр ее за плечи схватил, повалил на мох, а после и на спину перевернул. Весенья с новой силой его ударить попыталась, да только на сей раз отмахнулся магик от ее силы, хрипло зло смеясь.

Забилась в его руках, царапая, укусить пытаясь, да ногами лягнуть, уж истинно по женски защитить себя пытаясь. Пусть бы то и Лесьяр, да сейчас телом его точно демон какой-то владел.

Пальцы его, точно железные клещи, в плечи впились, в землю вдавливая, а мигом спустя он и сам весь резко вниз дернулся, содрал сарафан с плеча девичьего, только ткань затрещала, а после — в плечо ее зубами впился.

Весенья закричала, не зная от чего больше, от страха или от боли. Кровь горячая собственную кожу жгла, вместе с зубищами его треклятыми.

Сил уж не оставалось противиться, устала. Снова и снова к источнику взывала, выбрасывала волнами силу, да их обоих лишь с тем каждый раз все сильнее тьмой обволакивало.

— Лесьяр… — позвала едва слышно, слезы глотая. Ногти уж об его спину сломала, похоже… — Лесьярушка…

Подумалось, каково магику будет, когда поутру обнаружит он ее растерзанную собственными клыками. И так жаль его стало, пуще чем себя саму. Ее то уж не будет, там ни тоски, ни грусти не останется, а Хозяину жить с тем потом… А с потанятами что будет? Выгонит он их, али оставит жить в ее спаленке? А она ж капусту наквасить собиралась… Вот глупая.

Руками ослабевшими колошматить его устала. В голове так тяжело уж было, руки собственные и те слушаться боле не хотели. Только и хватило на то, чтоб Лесьяра за плечи сжать.

Тот лишь зубами сильнее впился, от чего она снова простонала сдавленно, от боли мутило.

— Лесьяр… — позвала в последний раз, не надеясь уж.

Тот задрожал всем телом, точно волна по нему прошла.

Весенья к лицу его потянулась, дрожащими пальцами к себе повернуть пытаясь, да взгляд поймать. Он ее за запястье перехватил, но все ж в лицо девичье глянул. Взгляд пристальный по щекам мокрым от слез прошелся, по царапинами, что ветки острые узором высекли, да в глаза заглядывая.