Ученица Хозяина Топи (СИ)

Развернулась, не желая здесь находиться боле, да по ступенькам вниз сбежала. Лесьяра уже тоже освободили, и вместе они поспешили долой из этого места.

— О чем ты только думала?! — прошипел магик, едва они прошли завесу и снова в Нави оказались. Весь путь до того он был мрачно молчалив.

— О том, как нам выбраться оттудова поскорее! И ничего страшного не случилось! — Вешка вовсе не стушевалась, понимала, что такого разговора не миновать.

— Ты хоть понимаешь, какому риску себя подвергла? Да он мог в твой источник влезть и всю тебя выпить! Не только магию, но и жизнь саму! Сделалась бы болотницей у него на услужении.

Друг на друга вытаращились, едва не нос к носу притиснувшись, а у обоих глаза праведным гневом пышут.

— И вообще! Я спрашивала, в чем подвох! А ты отмахнулся только!

— Как же ты меня бесишь! — прорычал, а сам тотчас ее за лицо ухватил ладонями, да губами к губам прижался. Весенья сперва обомлела, от сметаемой с ног страсти в том поцелуе ощущавшейся, от трепета, с коим он ее лицо удерживал, да только разговор магика с вороном живо вспомнился.

— Сам ты бесишь! — выкрикнула в самое его лицо, едва тот ото рта ее оторвался. — И я тебе себя лобзать не дозволяла!

— В своё время нравилось, — изумлённо просипел магик.

— А ныне — нет! — и сама по тропке в обратную сторону устремилась. Лесьяр вслед, да глазеет еще подозрительно. Минувшие разы плавилась в его руках, податливая, точно нагретый воск, а сейчас что случилось.

— Весенья… — позвал ее, да только та и не обернулась, даже чтоб зыркнуть озлобленно, как прежде бывало.

Так и шли б по тропке в бледном свете фонарей волшбой сотворенных, коли бы не зашуршало в траве рядышком. Магик тут уж без церемоний девицу ухватил, к себе притягивая, да в свободной руке уж и нити силы наготове придерживал.

— Что там? — зашептала Веша, во мрак ночной всматриваясь.

— Магией фонит, — глухо отозвался Лесьяр, — а ну, кто там? Покажись на свет!

Трава снова ходуном пошла, да тут выкатилось на тропку…

— ГЛАВА! — Веська заверещала, едва магику на шею не полезла, завидев, как перед ними, дурными глазами хлопая, круглая башка из травы явилась.

А башка-то лыбится, зубами сверкая. Веся от сей картины едва в обморок не хлопнулась.