Ученица Хозяина Топи (СИ)

Ежели прежде тот в узде приходилось с силой сдерживать, то теперича, когда он так нужен, ведунья не могла до оного докричаться. Хотя и смутно представляла, что станет свершать, ежели то ей удастся. Ибо попробуй дернуться, когда в твое горло вонзаются острые, точно бритва, когти.

— Отпусти ее… — Лесьяр толковал едва слышно, но столько ярости в тех словах звучало…

— А чтоб и не отпустить? — проскрипел с усмешкою и пихнул ее вперед. Тотчас зал тьмой затопило, только Базан что-то в пол шарахнул, что вспышкой света разбилось.

А после серебристый туман заклубился, по каменной кладке выстелился.

Лесьяр попятился, мечась взглядом меж маревом, да Весеньей, что на камнях растянулась, да с ужасом глядела на подступающее заклятие, во тьме всполохами сверкающее.

А от стен отражался хохот жуткий. Старушечий. Кагара была уж близко.

Веська и моргнуть не успела, как мгла ее без остатка поглотила. Покрыла с головой, в нос, в рот, в сами глаза забиваясь, обжигая ранку на шее. Казалось, потекло еще шибче. Зашумело в ушах.

Она вытянула пред собой руки связанные, пытаясь хоть что нащупать, отыскать себя в пространстве, но окромя пустоты ничегошеньки не находилось. Только ноги босые в подоле платья путались. Страх ознобом липким по коже пополз, рот наполнился горькой слюной, в горле ком встал. Ни закричать, ни зашептать. Губы точно склеились, и даже стон неспособна стала издать.

Лесьяр же тем временем со всей возможной скоростью выплетал защитные чары, пальцы складывал в немыслимые фигуры, приговаривая слова на древнем языке.

Арьян, на то глядя, лишь потешился:

— Не выйдет у тебя с этим проклятием справиться, — прошипел полоз, — не старайся. Старуха сама его под тебя изготовила.

Словил взгляд Хозяина змей, да чары свои раскрутил, рассудок его плавя. Лесьяр зарычал, пытаясь скинуть незримые путы, на миг лишь сбился, но и того хватило, чтоб кружево заклятия нарушить. Мгла тотчас с новой силой к магику кинулась, потянулась от ног выше, кутая в свои объятия, скользя под одежду, проникая в каждую клеточку тела.

Арьян за тем наблюдая, едва не облизывался, скалился довольный, особливо когда глаза Лесьяра чернотой полны стали, а желтизна из них пропала вовсе. Удлинились когти на маговых пальцах, заострились черты лица, а как разомкнул в болезненном стоне губы, блеснули остротой треугольные зубы. Улыбкой жуткой перекосился, тьма кругом затрепетала, уж не сдавливая, но ласкаясь, признавая за своего родного. Шагнул в нее магик, разум свой оставляя на задворках сознания.