Ученица особого назначения

Началась паника. Гратсцы в ужасе ринулись наутек, позабыв о представлении и о пленнике. Трясущиеся стражники прилипли к повозке, вставили вперед алебарды, казавшиеся зубочистками по сравнению с мощным хвостом нападавшего чудища.

Никто и не заметил, что от оранжевой с черными полосами виверны разит свежей краской. И что при движении крылья подозрительно скрипят, а глаза и вовсе напоминают карманные фонари.

Суеверный страх взял верх над легковерными жителями Гратса.

— Это все из-за яблони! — выкрикнул кто-то.

В узком проулке люди толкались и сшибали друг друга с ног. Им и в голову не пришло сравнить размеры спиленной яблони с размерами виверны. Как такая махина могла уместиться в слишком узкий для нее ствол?..

Меж тем подпитанная квадрами Дорена виверна опустилась на мощные задние лапы и недовольно замахала хвостом. Повернула голову, будто ища жертву, чтобы плюнуть в нее ядом. Которого, разумеется, у нее не было. В лавке старьевщика подобных вещей не водилось, да мы и не собирались никого травить.

— Это кара за несправедливость! — я решила подлить масла в огонь. — Вы напрасно осудили этого парня, вот боги и мстят вам!

— Ого-го!— поддержал меня Пауль и бросился к клетке с Лиосом. — Надо его немедленно освободить.

Из подворотни выбежал Рауль и бросился помогать брату. Но вот незадача, во время быстрого бега с его головы слетел капюшон, явив на свет темные кудри и половину лица, покрытую фиолетовыми пятнами.

Переодевание в зарослях неизвестных белых ягод не прошло для ребят даром. В том месте, где растения касались кожи, появились зудящие наросты. Пауль пострадал меньше всех, в отличие от брата, умудрявшегося чесаться даже во время бега.

Рауль вновь спрятал голову под капюшон. Стражники, кажется, не обратили на него внимания. А вот Лиос, напротив, догадался, что мы вовсе не монахи.

— Если что, сокровищ у меня нет! — высказал мне, когда я подошла близко.

— Нам и не надо платы, — шепнула в ответ. — Лучше подыграй.

Что ж, в находчивости Лиосу не откажешь. Пришлось согласиться, Лира его выбрала не зря. Почуяв, что может выбраться, приговоренный поднялся — настолько, насколько позволила высота клетки — взмахнул руками и произнес, слегка шепелявя:

— Я повелеваю этой виверной! Если немедленно не освободите, она разорвет вас на куски!

Стражники поверили.