Черт, это так приятно, что я теряю себя в этих ощущениях, а выныриваю наружу только когда слышу покашливание и ворчание.
—Молодежь! Устроили тут дом свиданий, идите домой и там лобызайтесь, а здесь не надо устраивать неприличности! — знакомый голос старушки бьет мне в спину, а затем прилетает и ее палкой по ноге.
Василиса задыхаясь, прячет лицо в волосах, но поздно.
—Василисушка? — скорбь и негодование целого континента отражается на лице старушки. Идол только что пал? Хмыкаю, но ослепительно улыбаюсь, поворачиваясь к своей новой подружке за семьдесят.
—Валентина Иосиповна, а я вот жених Василисы, буду у вас тут жить. И воду вам носить, и сумки, вы звоните в любое время.
Воцаряется тишина, немое кино, ага. Вася со всей дури наступает мне ногу, но я продолжаю тянуть лыбу, она меня спасала всегда и сейчас спасет. И тебя, кстати, тоже, Рапунцель!
Старушка смотрит на меня с прищуром, затем на Васю, красную словно помидор, зацелованную до коматозного состояния. А затем молча уходит в свою квартиру, не прощаясь при этом.
Как только дверь закрывается, меня прорывает на ржач, а Вася продолжает бить меня кулачком по груди.
—Из-за тебя я теряю свой авторитет.
—Ну ты много чего еще потеряешь со мной, совесть, как минимум. А еще научу тебя всяким аморальным вещам, обоюдно приятным. Ух.
Григорьевна пытается сдержаться, чтобы не засмеяться, правда пытается.
—Хреново получается, — наклоняюсь и шепчу на ушко, наблюдая, как губки так и норовят растянуться в улыбке. — Ты со мной в полной безопасности, и нет, я не криминальный авторитет и никого не убивал, но ничто не мешает напугать этим других, чтобы не повадно было.
Мысленно делаю себе пометку разговорить малышку, но не сейчас, а когда она будет более расслаблена и менее всего будет ожидать подобных разговоров.
А затем мы уж точно накажем всех причастных к сегодняшним слезам.
—Обещай мне.
Смотрю в прекрасные глаза и отвечаю, как на духу.
—Обещаю.
Я себе скорее руку отгрызу, чем причиню ей вред.
23. Мой парень
ГЛАВА 23
ВАСИЛИСА
Верить Белову на слово сразу я не могу, это и понятно, но то с каким упоением он смотрит на меня произнося, казалось бы, совсем нешуточные фразы, заставляет внутренние сомнения надломиться пополам.
Теперь каждый раз выходя из дома, непременно натыкаясь на черный автомобиль Рустама, я понимаю, что не пройдет ничего ни у него, ни у меня. Я только сильнее к нему привязываюсь. К шуточкам, к простым знакам внимания, даже к тому, что он открывает мне двери.
