Я не стал им мешать. И что в результате? Почти все они оказались за решеткой. Скоро сюда доставят одного из таких поверивших властям. Вы увидите, как его амнистировали. Закрыли в камеру и объявили, что он сгниет в ней. И никакого следствия, никакого суда. Потому, что он боевик, проклятый ваххабит и черножопый! С вашей властью нельзя иметь дело по-хорошему. По-хорошему ваши чиновники не понимают, потому что они делали на войне большие деньги. Откуда у нас современное оружие, боеприпасы, обмундирование? Да со складов Российской армии.
Кто пропустил нас в город? Да ваши же продажные менты. Назвать фамилию? Бывший капитан Чесноков со своим нарядом. Он продал ваших детей за паршивые двадцать тысяч фальшивых долларов. Но он совершил еще одно преступление. Планируя захватить автобус, что стоит перед входом в школу, я не хотел убивать пассажиров. Но на этом настоял Чесноков. И знаете, почему? Потому что в автобусе ехала его семья. Он хотел от нее избавиться. От жены и двух своих детей. Чтобы не мешали крутить роман с проституткой-любовницей.
Вот кто вас охраняет. Вот что представляет собой ваша власть.
А раз договориться с ней по-хорошему невозможно, мы вынуждены были пойти на крайние меры, захват заложников. Но у нас нет желания убивать ваших детей! Я выставил правительственной комиссии условия, выполнение которых освободит заложников. Пока все идет по плану. Но если власти решатся на силовую акцию, а они ее готовят, в городе наверняка уже сосредоточены силы спецназа, то предупреждаю, мы будем сражаться до последнего патрона, а потом взорвем школу вместе с собой и заложниками.
Мы готовы умереть, как уже многие из нас умирали в неравной схватке с вашими войсками. Готовы ли вы, население, к тому, что по глупости чиновников погибнут ваши дети и родственники? Не думаю, что готовы! Так что вы можете многое решить. Не будет штурма, выполнят власти наши условия, не будет и жертв. Кроме тех, что уже есть. О чем я сожалею. В подтверждение слов сожаления я готов немедленно освободить сто восемь человек.
Учеников первых, вторых, третьих классов и беременную учительницу. У меня некому принимать роды. Освобождение состоится в ближайшие полчаса. Дети пойдут от автобуса через площадь к оцеплению. Никому к ним не выходить. Терпение, и вы заберете своих малышей. Если же толпа рванет на площадь, я прикажу открыть огонь и по ней, и по освобожденным заложникам. Будьте благоразумны! И помните, судьба ваших детей в руках ваших же чиновников.
