Удержаться на краю

Пить перехотелось, он просто хлебнул воды из крана и решил лечь спать – чтоб поскорее наступило завтра.

– Дэн, нужно собраться на совещание. – Семенов понимает, что нарушает субординацию, но с Реутовым они друзья, иногда можно. – Мне нужно отчитаться по делу пропавшего парнишки.

– Я как раз собирался тебя набрать. – Реутов жестом пригласил приятеля сесть. – А ты легок на помине. А ведь все к тому идет, что два дела пора объединять в одно. Пиво будешь? Или чайку?

– Я бы кофе выпил. – Семенов покосился на кофейную машину на столике, стоящем у стены.

– Ну, так свари себе, долго ли. – Реутов взглянул на часы. – Вот сейчас Витек подрулит, и сведем наши балансы.

Реутов тщательно изучил все заключения. Он погонял экспертов в хвост и в гриву, дело казалось настолько горячим, что вот-вот найдется улика или свидетель – и все разрешится, все части головоломки встанут на места. Но пока это была куча фактов, связанных между собой лишь условно.

– Господа офицеры, я принес вам благую весть. – Виктор ввалился в кабинет, держа в руках пакет, откуда шел запах буррито из мексиканской закусочной, открывшейся неподалеку.

– Закрой дверь, поедим и поговорим. – Реутов поднялся и достал из шкафа стопку пластиковых тарелок. – Виталь, справа от тебя в тумбочке салфетки.

– Михалыча нет, поехал на совещание в горсовет, так что есть время все свести, доложимся уже по всем фактам и уликам разом. – Виктор достал из холодильника бутылку пива. – Пиво еще кто-то будет?

– Давай. – Семенов взял из рук приятеля холодную бутылку.

– Ну, будем здоровы. – Виктор отхлебнул из своей бутылки и откинулся в кресле. – Хорошо…

Содержимое пакета перекочевало на стол, запах специй поплыл по кабинету.

– Во-первых, поговорил я только что с твоей обидчицей Рудницкой. – Виктор, предвидя возражения Реутова, поднял руки: – Дэн, мне Михалыч велел, все вопросы к нему.

Виктор подтолкнул к Реутову файл с копией протокола.

– А потом еще у экспертов был и в больницу заехал. – Виктор сделал глоток и потянулся за тарелкой. – Отчеты предварительные, но вполне однозначные, а Милана Сокол пришла в себя, но пока говорить не может.

– Угу. – Реутов жевал и перелистывал протокол. – О как! Если эта дура не врет, то в нашем хранилище картин на миллион евро.

– Если не больше.