Удержаться на краю

– Люба, я так тебе за все благодарна…

– Не о чем толковать. – Та подобрала поводок. – Выздоравливай, а мы на днях еще придем.

Они выскользнули из отделения и спустились по боковой лестнице.

– Машка – заядлая собачница, в свободное время в приюте волонтерствует. Я ждал, когда у нас с ней смены совпадут. – Леонид вздохнул: – Люба…

Они остановились внизу, у боковой двери. В это время суток здесь никого нет, и он придержал ее за руку:

– Слушай… Я, наверное, не ко времени со всем этим, но знаешь, какая-то жизнь пошла – ничего не успеваешь.

Я знаю, мы относительно недавно знакомы, и, наверное, по правилам надо пригласить тебя на свидание, но у нас как-то так выходит, что видимся мы почти ежедневно, и очень глупо назначать встречу где-то еще… хотя, если ты хочешь, я готов соблюсти ритуал…

– Лень, просто скажи. – Люба готова рассмеяться. – А то ты так до сути не доберешься.

– Да, конечно. – Он сделал вдох. – Тут намедни Георгий сурово так вопрошал, какие у меня насчет тебя планы.

Ну, просто строгий старший брат, желающий оградить неопытную младшую сестренку от записного ловеласа.

– Вот тебе и «да ну!». – Леонид набрался решимости: – Я ему сказал, конечно. Думаю, пора сказать и тебе. Я хочу, чтоб ты вышла за меня замуж. Постой, не отвечай сразу, подумай! Я готов заботиться о вас с Женькой. У меня не очень большая зарплата – но это пока, я могу взять дополнительную работу. Я люблю вас обоих и хочу стать частью вашей жизни. Готов даже не настаивать на общем ребенке, если ты не захочешь.

Я понимаю, у нас ничего такого не было, мы даже не целовались ни разу, я выгляжу сейчас как дурак, и это не то романтическое объяснение, как в кино или в книжках, но…

– Ладно. – Люба тронула щеку Леонида. – Ладно. Я выйду за тебя.

Слова не важны. Люба всегда знала: за ними иногда ничего нет, важны только поступки и тепло, которое ощущаешь рядом с человеком. И общая жизнь должна быть наполнена уютом, и совместный быт не должен напрягать, и взаимное уважение, без которого невозможно жить вместе, а это гораздо важнее, чем бурные страсти, отключающие голову.

Когда страсти схлынут, должно остаться то, что связывает людей.

– Правда? – Леонид просиял. – Тогда… вот. Это моя мамка мне выдала, чтоб я, значит, совсем дураком не выглядел.

Леонид надел Любе на палец небольшое колечко с розовым камнем.

– Это бабушкино кольцо, дед ей на помолвку подарил. Не бриллиант, конечно, но все же.