Удиви меня

Мы взрослые люди, и я предлагаю просто забыть о недоразумении, случившемся между нами, — на одном дыхании проговаривает Алмазов, в типичной манере, свойственной мне. — Или вот так: я много думала и решила, что между нами ничего не будет до тех пор, пока нас связывают рабочие отношения. Поэтому, Сергей Александрович, секс только через три недели. И справку надо бы к этому времени обновить. Я что-то упустил или ты меня сейчас удивишь другой словесной чушью? А, Полина Сергеевна? — ну каков же гад! — Молчишь? Ну вот и молчи, и не беси.

У нас очень много работы сегодня, в шесть мы должны отсюда уйти, так что работаем в темпе вальса.

Достает из папки историю болезни и пододвигает мне.

— Ты самостоятельно принимаешь девочку с пневмонией в коридоре. Позже я сам послушаю ее легкие. Весь опрос на тебе. Пойдешь принимать ее сразу после пятиминутки. Потом составим план лечения и отдадим процедурной медсестре назначения. Когда будешь заполнять приемку, если возникнут сложности в описании дыхательной системы, просто оставь пустое место.

Если что, вместе допечатаем. На других этапах не должно возникнуть проблем. Вопросы есть?

— Нет.

— Ну если нет, тогда сними эту чертову маску, а то мордочка вспотеет, это вредно, — я не успеваю толком среагировать, как Алмазов стягивает с меня маску.

— Эбонит твою мать! — восклицает Алмазов, не сдерживая смеха. — Минет на этой неделе мне точно не светит, — закусывает свою нижнюю губу, видимо, для того, чтобы унять неконтролируемый смех.

А я невольно ловлю себя на том, что, несмотря на желание треснуть ему по лбу, таким он мне нравится больше. Угрюмый и злой Алмазов — это как что-то инородное. — Ты как так умудрилась, мать?

— Кажется, кто-то говорил, что у нас много работы. Может не стоит тратить время на пустую болтовню?

— К сожалению, да, работы много. Но я не могу смолчать. Смотри-ка, что получается, ты меня называла герпесом, а в итоге я чист, а ты нет. И не стыдно тебе, Полина Сергеевна?

— А на хрен вас можно посылать, пользуясь тем, что у нас было?

— Конечно же, нет.

— Жаль.

Да, определенно улыбающийся Алмазов нравится мне значительно больше."

"— Ладно, Полин, не переживай. Ты и с герпесом красивая. Главное только с лабиальным, а не генитальным, — встает из-за стола и направляется к выходу. У самой двери останавливается и поворачивается ко мне. — Не надевай больше маску. Пусть губы дышат. Да и кому ты тут нужна со своим герпесом кроме меня.