Уголовный шкаф

Вот Ганьшина ты какого-то назвал и сказал, что он реставрирует только мягкую мебель, обивку.

– У Курочкина больше никого не называли, – отрицательно покачал головой Вадим. – Вот Ганьшин, например, тот мне когда советовал, сказал несколько фамилий, к кому он не советовал обращаться, но я не запомнил. Если бы вы их назвали сейчас, то я вспомнил бы.

– А были среди тех, кого Ганьшин не рекомендовал, типичные посредники, которые берутся за все, кичатся тем, что могут организовать все…

– Ага, – улыбнулся Кузнецов, – говорил.

– Копытин? Копыто?

– Ну да.

– А он просто его назвал в череде других фамилий или особенно выделил? И в связи с чем или с кем выделил?

– А, точно. Он посоветовал не обращаться к Копытину, если его предложит Курочкин. Это, говорит, прохиндей…

– Значит, он сказал, что Курочкин знаком с Копытиным?

– Ну-у… получается, что знаком, – кивнул Кузнецов. – Получается, что Курочкин мог предложить мне обратиться среди других и к Копытину.

– А он предлагал? – подал со своего стула голос Бойцов.

– Нет… точно не предлагал. Мне кажется, что Копытин и не реставратор вообще.

– Почему показалось?

– Не помню. Кто он по специальности… не прозвучало. Но мне так показалось. Не помню почему…

Гуров вытащил из своей папки копии документов, касающихся шкафа, которые он получил у заместителя директора музея, полистал их и спросил:

– А такую фамилию ты в разговоре с Курочкиным или в разговоре с другими не слышал? Холин Иван Николаевич?

– Холин? – странным голосом спросил Бойцов.

Гуров удивленно посмотрел на участкового. Потом на Кузнецова, который странно переглянулся с Бойцовым. Что за интермедия?

– Ну-ка, парни, – Гуров строго, но с интересом посмотрел на Кузнецова и Бойцова. – Давайте выкладывайте!

– Это какой Холин? – первым спросил Вадим. – Не который из Горчакова?

– Та-ак, – медленно протянул Гуров. – А я вижу, вас просто опасно оставлять одних без надзора.

– А сам помер, – вздохнул Бойцов.

– А сам помер? Любопытно. А вы откуда знаете о Холине? О том, что он помер? – согласился Гуров. – Может, вы и причину его смерти знаете? Если честно, то я побаиваюсь вас про него уже спрашивать.

– Ну, давай ты рассказывай, – предложил Вадим, обернувшись к Бойцову.