Угрюмый герой

Вот если ты сболтнешь, что провела почти три недели вместе с кидом, который до сих пор не рвется искать ихорников и не корчится от боли…

— Ой! — девушка тут же сделала огромные глаза, зажимая себе рот обеими руками.

Ну, это нужно было сказать. Она бы догадалась о том, что я выплатил Долг, вопрос пары дней. А симулировать приступы, да потом еще искать в этой лесной стране тварюшек, не хотелось никак. Второй щелбан достался лбу.

— Эй! — на меня посмотрели с неприкрытым возмущением, но я, улучив момент, когда красноголовая освободит свои губы, тут же сунул между них пипетку с противоядием.

Время принять «лекарство». Неприятная процедура, в буквальном смысле откатывающая наши отношения назад каждый раз. Никому не нравится ошейник, как и подёргивания за него.

— Когда-нибудь я расскажу. А пока давай-ка обсудим, кто кому кем будет… и что нужно отвечать на самые тривиальные вопросы.

Мороз и солнце, день отвратный. Непередаваемо удушливая вонь гниющей рыбы вторгалась в ноздри как монголо-татарская орда в юго-восточную Русь.

Разделочные цеха, в изобилии встречающиеся на нашем пути, то и дело отворяли свои ворота, чтобы выпустить новую телегу, полную парующей разделанной рыбы, а заодно и извергали из себя плотные клубы омерзительно-густого запаха. Работа по заготовке в Корнфлогге шла круглый год. А может быть, даже круглые сутки.

— Тьфу! — Стелла сплюнула попавший ей в рот комочек слипшихся снежинок, замерла, вытаращив глаза, а затем начала отплевываться еще энергичнее. Закончив с этим занятием, девушка вытерла рукавом рот, а потом пожаловалась, — Тут даже у снега привкус рыбьих кишок!

Зеленый грим и темные очки у меня, капюшон у Стеллы, всё это в достаточной степени служило маскировкой, чтобы спокойно проникнуть в город, битком набитый орками.

Сильно занятыми барджайскими орками, что было далеко немаловажно. На нас внимания обращали ровно столь же мало, как и на ярко-желтый дирижабль Заграхорнов. Зеленокожие здоровяки, крепкие и энергичные все как на подбор, сосредоточенно и привычно трудились на благо своей прекрасной родины.

Всюду, куда не поверни взгляд, стоял трудовой процесс, очень напоминающий таковой же у муравьев. Народ самозабвенно впахивал на рыбозаготовке, всюду бегали миниатюрные монорельсовые трамвайчики с большими грузовыми отсеками, работающие без водителей конвейерным типом, дымило множество труб, насыщая и без того отвратный местный воздух чадом угля, мазута и какой-то химической дряни.