Украденная драконом

Авилина отвела взгляд.

– Хозяин запретил упоминать о ней вслух.

– Вот как? – Юна удивленно глянула в лицо Авилине. – Но сейчас его здесь нет. Он не узнает, если ты мне скажешь.

– Простите, – горничная опустила голову, – но хозяин знает все, о чем говорится в этих стенах.

– Подслушивающие артефакты или заклинания? – сообразила принцесса и быстро обвела комнату взглядом. – Марген, если ты слышишь, то знай: мне твои тайны уже надоели!

Потом напряженно вслушалась в тишину. Ждала, что услышит хоть какой-нибудь отклик.

Умелые руки служанки освободили Юну от платья и украшений. На шее принцессы остались только драконье ожерелье из маленьких золотисто-коричневых камешков и подарок отца.

Юна провела пальцами по ожерелью, словно пересчитывая камешки, и попыталась позвать Эрисхайма. Правда, уже не особо на что-то надеясь.

Ответом снова была тишина.

Неужели древний артефакт сломался? Нет, ерунда.

А еще эти странности с небом…

Уже лежа в постели, Юна внезапно осознала, что еще весь вечер не давало покоя.

Сегодня она не заметила ни единой трещины на внешних стенах, ни соринки на идеально выметенных дорожках сада, ни кустика сорной травы или пожухлых листьев на клумбах. Да и сами клумбы выглядели слишком хрестоматийно. Среди распустившихся бутонов не нашлось ни одного увядающего. А в самом замке, похоже, не было других слуг, кроме Авилины и десятка таких же рыжих девушек, похожих друг на друга, как капли воды.

Даже конюх не вышел, когда они с отцом стояли возле загона с лошадьми.

– Что ж, – решила принцесса, закрывая глаза, – не знаю, что здесь творится, но обязательно выясню.

Той ночью ей снова снились драконы. Только на этот раз сон был иным. Не таким, как обычно.

Сначала Юна осознала себя стоящей в темноте. Такой густой, что когда протянула руку, то не увидела собственных пальцев. И в этой тьме был лишь один источник света – светящиеся драконьих глаза.

Завороженная, она сделала шаг к этим глазам. И тьма на шаг отступила. Юна снова шагнула вперед. И тьма, будто испугавшись, вновь отползла от нее.

Чем увереннее двигалась принцесса, тем светлее становилось вокруг. Окружающее пространство постепенно обретало форму.

И вот она уже стоит на вершине знакомой скалы.

То же самое белое платье, которое рвут порывы холодного ветра.