Что еще ты решила за нашего ребенка? Может, уже выбрала школу для него? Может, подыскала для него невесту из богатой и влиятельной семьи?
— Не будь глупцом!
— Глупо спрашивать то, — сказал он, и его лицо исказилось, — что настоящий отец ребенка должен уже знать. Нужно было спросить меня, принимая такие решения.
Она покачала головой:
— Я думала, тебе это все не интересно и не важно…
— И поэтому ты даже решила не сообщать мне, что он родился!
Гордо вскинув голову, Марина ответила:
— Ты больше не хотел меня видеть! И, насколько я поняла, ни при каких обстоятельствах!
— Это, — посмотрел он на нее с осуждением, — и есть та ничтожная причина, из-за которой ты решила не сообщать мне о существовании моего сына? Поэтому ты три года скрывала его от меня? И видимо, это дает тебе право забрать его навсегда, а мне предложить только какие-то символические родительские права.
— Отвернувшись от Марины, Бахир пошел вдоль балюстрады, смотря, как крутой склон уходит вниз и перетекает в долину, а за ней превращается в горы.
— У тебя нет такого права! — повернувшись к ней, сказал он. — А теперь настало время отца заняться воспитанием сына. Я хочу забрать мальчика домой.
— Домой? — Она покачала головой. Когда они были вместе, то жили либо в съемных апартаментах, либо в отеле при казино. — Я не знала, что у тебя есть дом.
— Я хочу поехать в дом своего отца в Джакбаре и хочу, чтобы мальчик поехал со мной. Я покажу ему землю, где вырос его отец.
Джакбар? Марина резко выдохнула.
Бахир совсем бы ее не удивил, если бы сказал — хочет поехать с ним в Монте-Карло и обучать его азартным играм. Но в Джакбаре не было ничего, кроме бесконечной пустыни…
— Ты хочешь забрать его в пустыню? Ты что, спятил? Он же еще ребенок!
— Он мой сын, и пустыня — его дом."
"— Нет, его дом здесь! Единственный дом. Кроме того, ты ничего не знаешь о детях! Даже если бы к ним прилагалась инструкция по воспитанию, ты бы все равно не сумел бы все сделать правильно.
Я не отдам тебе его и не позволю никуда везти!
— Тогда у тебя нет выбора. Мы пойдем в суд, раз ты этого желаешь. Представь себе заголовки газет, пока все будут наблюдать за нашей битвой за опеку над ребенком: «Разгульная принцесса украла ребенка». Твой отец будет очень гордиться своей старшей дочерью.
Картина была слишком ясная… Впервые, начиная с ее мятежных юношеских лет, отношения между отцом и дочерью стали понемногу налаживаться.
