Укради мои слёзы...

Такой знакомый и родной запах мужской туалетной воды окутал меня, вынуждая шумно и резко выдохнуть.

На пороге стоял Тимур.

Хмурый вид и какая-то яростная решительность в глазах заставили вначале сердце замереть, пропуская удар, чтобы потом застучать со скоростью света.

— С Мариной всё нормально? — с тревогой вырвалось у меня. Даже в голову не пришло, что причина его появления на моём пороге может быть совершенно другая.

Он слегка растерялся, при этом нахмурившись ещё больше.

— Э-э-м… вроде бы да, насколько я знаю, — Тимур перевёл взгляд за мою спину.

— Что-то он перестаёт быть таким, как я погляжу, — довольно агрессивным тоном произнесла родственница, яростно сверкая глазами в сторону опешившего после такого приветствия Тимура. Она тут же посмотрела на меня, взглядом вопрошая, что ей делать — остаться или уйти, предоставляя мне право выбора.

— Я вечером забегу к вам, — освобождая проход, тихо сказала я, показывая тем самым, что же я выбрала.

Тимур тоже отодвинулся в сторону, пропуская Зою, которая даже не попрощавшись с ним, с гордо поднятой головой и презрением во взоре, прошествовала мимо нежданного гостя.

И он, и я проводили её взглядом до калитки, которую она демонстративно громко захлопнула, выражая тем самым своё негативное отношение ко всей ситуации — как к его появлению, так и мому решению, чтобы она ушла.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Можно войти? — Тимур повернулся, внимательно осматривая моё лицо.

— Да, конечно, — пробормотала я, запуская его в дом.

Дождавшись, когда он снял куртку и разулся, повернулась и пошла в сторону зала. Там кивнула в сторону дивана, безмолвно приглашая Тимура туда присесть.

— С Мариной точно всё хорошо? — с тревогой повторила я свой вопрос.

— Когда я утром с ней разговаривал, всё было отлично, — успокоил Диану, которая испугано смотрела на меня.

После моих слов она смутилась, больше ничего не спрашивая.

Я видел, что она сильно волнуется: нервно то сжимала, то разжимала пальцы левой руки, а правой дерганым движением заправляя прядь волос за ухо. При этом прятала от меня свои глаза, смотря куда угодно, только не на меня.

А я молча скользил по ней взглядом, внезапно понимая, что я до безумия соскучился по ней за эти две недели.

Не думал, что мне будет так плохо без неё. А было не просто плохо, было адски хреново.