Украсть право первой ночи

Хотя кто знает, какой стала бы повзрослевшая Минель? Даже любопытно.

– Это графиня Камилла? – вспомнила Мариса, разглядывая портрет. – Отец Эвол показывал мне её портрет в замке Финерваут. – Она тут с дочерью?

– Леди Минель была моей невестой, – зачем-то сообщил Ивин. – Нас обручили детьми, как видишь. Помнится, графиня была очень недовольна. Это отцы решили, мой и граф Ингард.

– Ну, видишь ли, – Ивин пожал плечами и засмеялся. – Учитывая, что леди Минель на тот момент была одной из лучших невест королевства, моя матушка не возражала.

До рождения брата Минель была хранительницей титула.

– Это значит, что следующим графом стал бы её муж, – сказала Мариса, и Ивин уже не удивлялся её осведомлённости. – А что не нравилось графине Камилле в вашей помолвке?

– Она не хотела, чтобы судьба её дочери была решена так рано, пока Минель ещё ребенок, – пояснил Ивин. – Не хотела решать за неё.

Он предполагал и другую причину, о которой леди Камилла не говорила вслух: её дружба с графиней Корбут потихоньку угасала.

Вряд ли до её ушей доносились высказывания, которые иной раз позволяла себе матушка и которые пресекал отец, но такие вещи чувствуются без слов. Графиня Корбут страстно завидовала графине Финерваут. Грустно было понимать такое о своей матери, но куда денешься.

Мариса ещё раз взглянула на красивую девочку на портрете, у которой, наверное, только птичьего молока не было. Лучшая невеста королевства!

Однако её много лет назад растерзали волки. И родителей нет в живых. Такая судьба, что лучше уж быть дочкой мельника и целый день крутиться по хозяйству!

Да чего там, Марисе не на что было жаловаться.

Просто жить, даже хромой уродиной – всё равно счастье!

Она отвернулась от портрета.

– Там бальный зал, – показал Ивин. – В этом зале один паркет стоит пятьдесят тысяч дреров, он сделан по заказу графа Ингарда из драгоценных пород дерева и совсем не скрипит. Давай зайдём?

– Пятнадцать тысяч дреров? – не веря своим ушам переспросила Мариса. – Просто пол в зале для танцев?

– Именно так, – улыбался рыжий.

– Зайдём?

– Мне будет страшно топтать такой пол! Не хочу! – замотала головой Мариса.

– Просто заглянем! – обняв, рыжий чуть ли не силой подвёл её к высокой арке, за которой находился вход в бальный зал. – Нравится? Посмотри на люстру! Когда её зажигают, это дивное зрелище!

У него забилось сердце, потом что так приятно было обнимать Марису даже в шутку. Не просто приятно…

Волнительно. Очень волнительно. Так бы и обнимал и…

И не останавливался.