Украсть право первой ночи

– Чего к ней прицепился, к сироте подзаборной, да ещё и калеченой? Вот этого никто не поймёт.

– Много вы здесь про меня знаете. Откуда? – проглотив очередной кусок, полюбопытствовал Ивин.

– Синички на хвосте вести носят. Как городская стража получила приказ тебя ловить, так и мы знаем. Не боишься?

– Давай о деле поговорим, – предложил Ивин, как раз покончив с угощением. – Мне нужны маски. Две. Ты про запас держишь?..

Вытащил из кармана и высыпал перед колдуньей горсточку монет.

Какая же полезная вещь деньги, для любого случая нужны!

– Найду, – деловито кивнула Маргарета.

– Две маски, значит. Это точно, маски тебе нужны. Одну тебе, а вторую девчонке. Расскажи про неё: рост, волосы какие, глаза. Вот хромоту маска не спрячет, ты же понимаешь.

– Понимаю, – согласился Ивин. – Давай что есть, куда деваться.

– Ты не понял, – обиделась Маргарета. – У меня маски лучшие. А только чтобы и хромоту прятали – это трудная работа, такие тебе здесь никто не сделает, да и в Гарратене не найдёшь мастера!

– Хорошо, Маргарета.

Я знаю, что ты здесь лучшая, – примирительно улыбнулся Ивин. – Мариса ростом с вашу Агри, глаза… – он задумался, потому что насчёт глаз был не уверен, – серые. Это важно. Волосы светло-русые… – он говорил, выискивая в памяти всё новые подробности образа Марисы.

– Хватит, – наконец остановила его колдунья. – Я поняла. Пойдём, покажу, что могу предложить.

Тут стукнула дверь, в комнату вошла Винн. Села за стол, помяла немного фартук и выпалила:

– Я ведь помню эту девчонку, милорд! Да, ту, наполовину обгоревшую.

Видела её, когда она после пожара у монахинь лечилась. Говорят, что она беспамятная, а у неё была память. Я с ней говорила…

– А ну-ка подробней, пожалуйста, – заинтересовался Ивин. – Где ты видела Марису?

– В монастыре! Я монахиням помогала в их лекарне, правда, милорд, – принялась объяснять женщина. – У меня дочка болела, они микстуры давали, так надо было работой отблагодарить. Говорили, что за это Пламя скорее поможет. Помню девочку, всю перевязанную.

Она, как ей полегчало, о себе рассказывала, о матери, песни пела. Никакого беспамятства, милорд!

– Вот как? Хорошо, – Ивин удивился. – Что же она рассказывала?

– Если бы я всё помнила! Разве могла думать, что это важно? Но она говорила, что дядя за ней приедет скоро. Что он богатый и добрый. И что она свою няньку с собой заберет. А с нянькой что получилось, сгорела на пожаре?

– А потом ты девочку видела?

– Как-то раз видела. Много лет спустя, в лавке.