А чтобы домой позвонить, я вполне могу трубку у Васи Скворечни попросить.
— Что там, товарищ старший лейтенант? — не выдержав молчания командира взвода, спросил Скворечня.
— Другого пути к перевалу не существует. Летом можно пройти через огороды, перебираясь через чужие заборы и отбиваясь от собак. Сейчас там пути нет. И от собак старику не отбиться. А выходил сюда, скорее всего, он.
— Может, Дамадаев неубедительно подал информацию? — спросил я.
Тицианов лег на пол, свесив голову к нам, и стал объяснять:
— Очень хорошо подал.
Абубакар Магометович пришел в магазин, встал в очередь. Икрамов стоял впереди. Кто-то завел разговор о спецназовцах в селе. Людей интересовало, что мы тут делаем? Абубакар Магометович вовремя подсуетился и влез в разговор. Сказал, что спецназовцы возле его калитки останавливались. Офицер разговаривал с кем-то по телефону, докладывал кому-то, чем занят. Наверное, командиру. Из разговора Дамадаев понял, что у них свидание в башне на краю села.
Какой-то Шамиль придет и скажет, где находится база Рифатова. Может, даже с ними пойдет и покажет. Шамиль выбран не случайно. Людей с таким именем в селе много. Больше десятка. Вычислить, который именно, невозможно. Этот Шамиль якобы видел, как Рифатов уводил своих людей, и, спрятавшись, наблюдал, где вход в базу. Закончил свой рассказ Абубакар Магометович ударной фразой. Сказал, что скоро все будут спокойно спать, потому что банду Рифатова в этот раз точно уничтожат.
Показал, что причин любить бандитов у него нет. И жители села в очереди поддержали его. Рифатова сильно ругали. Особенно женщины. А Икрамов не стал дожидаться, когда привезут хлеб, и торопливо ушел. Дамадаев из очереди тоже вышел, якобы покурить хотел с другими мужчинами. И увидел, как Икрамов, еще не перейдя площадь, уже достал мобильник и стал кому-то звонить. Но дозвониться, видимо, не смог. Телефон не убрал, так и держал в руке, и почти побежал домой.
— Товарищ старший лейтенант, вы так не пропустите Икрамова? — напомнил младший сержант Скворечня.
— Дорога хорошо просматривается. Тепловизор его всегда выхватит.
Но старший лейтенант все же встал и вернулся на свой пост к окну третьего этажа и уже оттуда сообщил нам:
— Тишина. Никого нет… Нет? — спросил сам себя. — А это кто?
— Идет? — переспросил я.
— Не идет, а идут. Толпой. И не отсюда, а сюда. В село. Со стороны дороги. Раз, два, три… Восемь человек.
